— Правильно сработал, Миша, — прервал я затянувшуюся паузу. — Теперь мы уже не котята слепые, хоть что-то прояснилось. Ленни, давай в «каютку», тащи кружки, все кофе хотят.

Я посмотрел на экран — вокруг пусто. Кроме «Зодиака» — ни лодок на воде, ни объектов на берегу. Лишь Форт-Росс слабо засвечен, да и то четко привлекает внимание, только если знать, что он там есть. Если локалка набита металлом и не спрятана за скалой, то «Фуруной» возьмем: мощная модель РЛС у Маурера.

Пш-шш…

— «Кастет», доклад.

— К скале подошли, чисто по берегу.

— Как рельеф?

— Да без сложностей, — весело и болтливо заявил Костя, подсознательно стараясь ухватить свою долю адреналина, раз опоздал к раздаче. — Как говорится, тут в город одна дорога. Распадок есть, гладенький, похоже, винтом за скалу заходит. Сто пудов там.

— Понял тебя, «Кастет». На берег не высаживайся, корабль жди. И близко не суйся, хватит нам горячего на сегодня. СК.

Получив от Zicke чашку с маленькой порцией честно поделенного остатка кофе, я по знаку вышел за ней на палубу. «Клевер» шел ходко, еще минут пять — и подойдем к месту дислокации предполагаемой локалки.

— Давай тут постоим, дорогой, на вечное посмотрим, — промурлыкала сильфида. — Последние райские дни, скоро польет… Остынь на красоте.

Мудрая у меня подруга, жениться пора. Что бы я без нее делал, честное слово.

Пш-шш…

— «Клевер», ответь «Кастету».

— В эфире «Клевер».

— Ули, за полтора километра прижмись плотненько к берегу. Там круто падает, я с эхолотом прошел, не зацепишь. Если распадок идет винтом, то, может, схватишь объект радаром.

— Хорошо, OUT.

Берег залива начал достаточно круто вздыматься скальными выходами с зелеными шапками наверху, все выше, выше — и вот она, Скала, показалась!

Немного похоже на прибежище общины Эдгара, есть такое дело.

Гонг!

— Тео, есть засветка на металл! Мигнула и пропала! Записал. Смотреть будешь?

Я отрицательно покачал головой — чего мне там смотреть, дилетанту, ты, дорогой мой Ули, лучше меня все посмотришь. Подошел Гоблин, легонько, как ему показалось, толкнул в плечо:

— Че, командир, к ДШК встану?

— Давай. А я к «максу». Ленни, иди за рубку и не спорь… Устал я уже.

Обрывистый берег проплывал мимо. Впереди показалась лодка «Кастета», парни стояли напротив распадка и смотрели на берег. Нижняя полоса распадка представляла собой не что иное, как лавинный прочес. Правда, судя по выросшим кустам, года два тут такой беды не было. Но склоны осмотреть стоит.

— Подходим, — громко крикнул я.

Слева взревел двигатель «Зодиака».

Пошли-ка мы приз брать: причитается. По всем понятиям так, как говорит Сомов…

Аж четыре фонаря! Книжку читать можно. Народ стоял рядком и напряженно глядел внутрь небольшого бревенчатого здания.

— Зашибца мы в чапок сходили, честноки! — Сейчас Гоблин напоминал обманутого кота, которому вместо сосиски предложили подлую моркву. — И че со всем этим делать?

— Что делать… Что-то будем, — философски молвил Кастет. — Давай описывать, чего смотреть ослами, от этого не прибавится.

И мы описали. Быстро.

1. Ружье пехотное кремневое — 12 шт.

2. Нарезная охотничья винтовка «Кентукки» кремневая — 2 шт.

3. Пистолет французской кавалерии An IX 1805 г. — 12 шт.

4. Пехотная гренадерская трехфунтовая мортирка — 4 шт.

5. Фальконет корабельный 55 мм с вертлюгом — 4 шт.

6. Гранаты для мортирки трехфунтовые — 48 шт.

И в конце перечня приписка: «Порох, свинец, пыжи, пулелейки, кремни, ядра и прочая преобильная хрень, с которой никто не знает, что теперь делать».

И полил Дождь.

И сказали Смотрящие, что это хорошо. То, что им нужно, похоже.

Нужно, чтобы остудить горячие головы, прервать преждевременные и необдуманные порывы, дать время на переосмысление итогов, поиск разумных и, главное, адекватных решений. Объективности ради, остыли мы быстро, можно бы уже и прекратить полив.

Помню, как почти все колонисты стояли на крыше и смотрели: на долину с северо-запада наползала страшная серая масса низких облаков. Жуткое зрелище, высота фронта более километра — и никакого просвета… Вот метеочудовище в неумолимом движении зацепилось за вершины плато, как бы замерло, потом перетекло, распуская в стороны призрачные клочья, и зловеще двинулось в нашу сторону, надолго закрывая бледно-синее осеннее небо. Приближающийся дождь был виден издали невооруженным взглядом — косая сатинированная пелена замыкалась частыми струями на замершей земле, смывая в движении все летние грехи. И заплакали небеса, и разверзлись эти самые… хляби, чтоб их. Эффектное получилось начало, впечатляющее.