– - Я так рада, что ты жив!
– - воскликнула со слезами на глазах Марджори, когда пришла к мужу в больницу.

– - И я благодарен Богу, что все в порядке, кроме левой руки.

Хотя он вовсю пользовался здоровой рукой, для него стало физически невозможным выполнять на лесопилке свои обязанности одной рукой. За год до выхода закона о компенсации рабочим за увечья это означало финансовую катастрофу. У Самюэля не было образования и специальности, он всегда полагался на физическую силу и сноровку. Теперь пришлось столкнуться с тем, что мать, жену и будущего ребенка нужно обеспечивать. В тот вечер, выйдя из больницы, едва жена ушла спать, он написал брату в Чикаго.

* * *

– - Я поеду к Лукасу.

Заявление было сделано тоном, не требующим возражения.

– - Ты уверен, что хочешь отправиться именно сейчас?
– - спросила Марджи.
– - Через месяц появится ребенок. Мне будет лучше, если ты рядом.

– - Прости, но ждать нельзя: нам нужны деньги, а брат найдет работу, и перестань забивать ерундой голову. Это лишь временная поездка. Надеюсь, я вернусь до рождения ребенка.

– - Что за работа?
– - спросила жена, подозревая неладное со стороны деверя.

– - На фабрике, где можно делать работу одной рукой. Меня запишут в постоянные рабочие, которые заботятся о семьях в критическом положении в Пенсильвании.

Первоначальным желанием Марджи было умолять мужа остаться дома. Она знала, если хорошо постарается, то отговорит от поездки.

"Он отправляется не ради Лукаса, -- упрекала она себя. – - Он хороший муж и делает все возможное, чтобы обеспечить семью. Какая же я жена, если буду пытаться остановить его?"

Когда наступил день отъезда, Марджи едва сдерживала слезы и заставляла себя улыбаться.

– - Будь осторожен, посоветовала она и крепко прижалась.

– - Все будет хорошо. Это просто работа на фабрике, которая намного безопаснее, чем на лесопилке.

Он отступил и посмотрел на живот.

– - Прости, если я пропущу роды. Буду молиться, чтобы все прошло хорошо.

– - Правда?
– - Марджи засмеялась.
– - Учитывая то, что ты уж не такой верующий, не знаю, дойдут ли твои молитвы, но не беспокойся: вместе с матерью и моими родителями все будет хорошо.

После долгого поцелуя Самюэл вскочил на лошадь и отправился в путь. Когда муж наконец скрылся, Марджи вошла в дом и заревела.

Спустя четыре дня она помогала свекрови готовить обед на двоих, как вдруг послышался стук в дверь.

– - Кто бы это мог быть?

Когда Марджи открыла ее, она удивилась увидеть шерифа Каттермана и его помощника. Внезапный страх заставил ее задрожать.

– - Чем могу помочь?
– - спросила она.

– - Мы пришли увидеть твоего мужа, -- сообщил шериф.

– - Его здесь нет.

– - А где он?

Марджи пришлось быстро думать, чтобы солгать. Она не могла сказать полицейским, что Самюэл отправился к брату, которого разыскивали в связи с ограблением банка в Гамильтоне.

– - Он поехал искать работу, так как потерял ее на лесопилке после...

– - Мы все знаем о его травме, -- грубо оборвал ее Отис.
– - Одно и то же, думаю, посмотрю-ка я сам.

Без приглашения войти внутрь он вломился через дверь.

– - Что все это значит?
– - с возрастающим страхом за Самюэля и возмущением беспардонностью шерифа спросила Марджи.

– - Кажется, твой муж снова взялся за старое, -- ответил Отис.
– - Он и его брат ограбили еще один банк.

– - Нет!
– - простонала беременная женщина и повалилась на рядом стоящее кресло.

Уилла подошла к снохе, чтобы успокоить, в то время как те двое переворачивали дом в поисках подсказки, где может скрываться Самюэл.

– - Здесь ничего нет, -- заявил помощник.

Шеф терял терпение. Он стоял и угрожал Марджи, с криком задавал вопросы и допрашивал, будто та была подозреваемой.

"Где твой муж?" -- "Ищет работу".
– - "Когда должен вернуться?" -- "Не знаю".
– - "Ты думаешь, я поверю, что он оставил тебя в таком положении?" -- "Нам нужны деньги".

Вопросы продолжали сыпаться. Когда он уехал? Где живет Лукас? Когда в последний раз Самюэл слышал о брате?

– - Оставьте бедняжку в покое!
– - закричала Уилла, как только невестка пошатнулась и с рыданиями упала на пол.
– - Неужели вы не видите, что она ничего не знает.

– - Может, так, а может, и нет, -- возразил шериф.
– - Вероятно, она такая же упрямая, как ее муженек. Он уже был тюрьме, так как не сказал, где Лукас. Скажу вот что: когда мы его поймаем, судья не будет снисходительным. Он, возможно, приговорит обоих к повешению!