— Хорошо я пойду. Все-таки еще рано записываться в монашки.

— Вот и отлично — ободряюще сказала Шейла и повесила трубку.

Пришлось поднять свое тело еще раз и отослать его в душ. Сборы были короткими. Обычно я не красилась, но сегодня был день исключений. Тональный крем, тушь, мерцающие тени, нежно розовый блеск, начес на голове, синие джинсы, черный топ, черные сапоги на небольшом каблуке — образ готов.

Вновь зазвонил телефон. На этот раз это была бабушка. Она сообщила, что остается ночевать у своей подруги, я же сказала, что иду на дискотеку. Она предупредила, что испепелит меня, если я напьюсь.

«Ну не в первый раз», — подумала я.

Ровно в восемь у дома остановилась синяя subary forester. Это была машина Влада. Я снова решила надеть кулон Энжела. (Когда я очнулась, на моей шее его уже не было.) Он был из серебра в форме василька. В головку цветка был вставлен топаз. Недорогая вещица, но для меня очень ценная.

Я закрыла дверь и села на заднее сидение рядом с Шейлой. В машине Влада помимо него самого и моей подруги расположились Дея (чему я удивилась) и рыжеволосая девчонка (она сидела спереди на месте рядом с водителем). Я поздоровалась со всеми и выразительно посмотрела на подругу. Та лишь развела плечами, и мы поехали.

Влад довез нас до крыльца школы, а сам с остальными поехал в магазин. Там нас уже ждал Марс с Кэти. Нашему удивлению не было предела. Неужели у нашего скромника есть девушка? Кэти училась в параллельном классе и была на удивление милой девчонкой. Поговаривали, что она умела читать мысли людей. Поэтому у нее до сих пор и не было парня. Я всегда за глаза называла ее Дюймовочкой.

— Привет, ребята, — я решила нарушить молчание первой.

— Привет, — было заметно, что Марс нервничал. — Это Кэти.

Мы с Шейлой немного замешкались и протянули руки девушке.

— Какие будут планы? — спросила та.

— Ну скоро подвалят ведьмы и ребята зельевары, пойдем пить на веранду у детского сада, — сказала Шейла.

— Ты еще и напиться собираешься! — воскликнула я.

— Лекс, душка, не парься. Сегодня выходной и надо оторваться.

— Знаешь, — начал Марс, обращаясь ко мне, — а я с ней согласен.

Я пробормотала, что они предатели и послушно поплелась за ними на веранду. Там нас уже ждали ребята из школы, которые были слабаками. Зельевары принесли пять полутора литровых бутылок пива на десять человек.

Всего нас было: я, Шейла, Марс, Кэти, Грем (немного лопоухий, но в целом симпатичный зельевар), Квоза (ведьма специализирующаяся на гороскопах и прочей мистике), ее парень Гвендаль (зельевар низшей категории и неудачник), Даяр (ведьмак высшего пилотажа, летун), Тина (зельеварка и впрочем веселая девчонка без царя в голове) и Дагмар… Когда я увидела последнего, то аж присвистнула. Ангельский взгляд, нежная белоснежная улыбка и тело как у бога подчеркивала синяя водолазка. Кажется, в тот момент у меня потекли слюни. Шейла обеспокоено взглянула на меня. Дагмар улыбнулся:

— Вижу, я немного переборщил с приворотным запахом, сейчас исправлю.

Через секунду очарование пропало, но парень все равно был чертовски хорош. Он был мастером приворотов и любовных зелий. Дагмар галантно поцеловал мою руку и прижал ее к сердцу. Я театрально покраснела, но руку не убрала. Грем раздал по бутылке на пару. Я была с Шейлой. Тина медленно обошла нас всех и подала маленькие синие флакончики.

— Что там? — спросила Кэти.

— Эйфория — ответил Дагмар, поднеся флакон и вывая содержимое в бутылку. Все последовали его примеру.

Прошел час, и я понимала только одно: мы напились в хлам. На дискотеку все уже шли парами: Марс с Кэти естественно, впрочем, как и Квоза с Гвенделем, Шейла повисла на летуне Даяре, кажется, они уже на ходу приклеились языками друг к другу, Грем поддерживал Тину, которой уже было очень плохо от выпитого и, наконец, я и Дагмар. Вся наша компания отправилась в танцзал на школьную дискотеку. Мы с парнем немного отстали и, похоже, он уже не торопился на танцы.

— У тебя есть спутник? — его глаза с интересом изучали меня.

— Я птица свободного полета.

— Не хочешь значит в клетку? — со смехом спросил он.

— Это смотря какой хозяин, — я ответила ему обольстительной улыбкой.

Помню, Энжел говорил, что перед ней он никогда не мог устоять. Не смог и Дагмар.

— Я хочу тебя поцеловать, — он уже возбужденно дышал мне в лицо.

После смерти Энжела я не с кем больше не целовалась. Я считала, что придам память о нем. Сегодня же сказалось количество и качество выпитого.