Она опустилась на пол и привалилась спиной к стене. В ноге пульсировала боль. Айви скорее почувствовала, чем услышала шорох, доносившийся из-за стены, оттуда, где мансарда все еще оставалась неубранной. Мыши, наверное, никак не могут взять в толк, куда подевались горы старой мебели и залежи восхитительных фруктов из воска. Придется попросить Дэвида поставить еще несколько мышеловок. К счастью, не востребованные пока детские вещи хранились под надежным замком в свободной комнате.

За окнами зашумел настоящий ливень. Вода с клокотанием устремилась в водосточные трубы. Вниз по ступенькам лестницы торопливо сбежал Дэвид. Айви с облегчением вытянула ноги перед собой и положила руки на колени.

— Ты меня слышишь? — прозвучал голос Дэвида со стороны кухонного лифта в паре ярдов от нее.

Он коротко рассмеялся, и темнота призрачно усилила его смех. Просто удивительно, как легко распространяется звук по каналу шахты лифта.

Айви поднялась на ноги и с трудом доковыляла до гладкой скользящей панели, закрывавшей проем шахты. В темноте она могла разглядеть лишь витой металлический трос, убегавший куда-то вниз. Трос был все еще цел, хотя сам лифт уже давно и благополучно покоился где-то в недрах подвала.

— Слышу тебя ясно и отчетливо, — ответила она.

— Я же говорил, что технический прогресс — великая вещь, разве не так?

— Может, ты перестанешь упражняться в остроумии? Нога у меня болит просто ужасно.

— Тогда вспоминай быстренько, куда еще ты могла засунуть флакон со спиртом!

— Посмотри в туалете на первом этаже. Может, он стоит там в медицинском шкафчике. Или под раковиной. Если ты не можешь его найти — поищи хотя бы пузырек с перекисью водорода. Он должен быть где-то рядом.

Панели кухонного лифта открывались наподобие старинных двустворчатых дверей, и Айви практически в одиночку восстановила и отреставрировала их. А потом ей повезло, и на какой-то распродаже она отыскала роскошные хромированные потолочные светильники.

— Ба, какая прелесть! Настоящее ретро, — воскликнула Джоди, когда увидела их.

Айви надоело ждать, пока Дэвид снизойдет к ее просьбам и установит их, и в один прекрасный день, позаимствовав в библиотеке книгу о ремонте жилища собственными силами, она повесила их сама. О, это был настоящий момент ее триумфа, когда она щелкнула выключателем в кухне, и под потолком вспыхнул свет! Никаких тебе перегоревших пробок и запаха расплавившейся изоляции.

— Нашел! — Торжествующий вопль Дэвида на этот раз был едва слышен. За ним последовала пауза. — Держись. — И мгновением позже, уже громче: — Кавалерия спешит на помощь.

Айви расслышала шаги на лестнице, и вот в прямоугольнике света, падавшем из коридора на застеленный линолеумом пол, выросла его тень. За ней появился и сам Дэвид, прижимающий к подбородку карманный фонарик, отчего лицо его превратилось в нелепую и жутковатую маску, какие носят актеры в японском театре кабуки.

— Это я, Влад… Я пришел выпить твою кровь.

Несмотря на явную абсурдность ситуации, Айви почувствовала, что сердце сначала замерло у нее в груди, а потом застучало как бешеное, разгоняя адреналин по жилам.

— Может, ты все-таки прекратишь свои дурацкие шуточки и вытащишь эту чертову занозу у меня из ноги?

— Ага, леди хочет поиграть в доктора? Ну что ж, я согласен. — Дэвид присел рядом с ней на корточки и направил луч фонарика на ее ступню. — Ладно, Тянучка, мне нужна твоя помощь. Вот, держи. — Он протянул ей фонарик и вытащил из кармана пинцет.

Айви направила луч фонарика на больное место.

— Ага! Вижу. Ну-ка, чуть повыше. — Дэвид кивнул головой, показывая, как именно она должна держать фонарик. — А теперь сиди спокойно и не дергайся. — Быстрым и уверенным движением он поднес пинцет к пятке, захватил что-то кончиками дужек и сильно потянул на себя.

Айви почувствовала новый укол боли и поняла, что Дэвид нечаянно прищемил ей кожу. Она вытянула шею, стараясь разглядеть, что за занозу он вытащил. В луче фонаря было видно, как на пятке набухает ярко-рубиновая капелька крови. Айви промокнула ее полой халата, и кровь быстро впиталась в махровую ткань. Она надавила пальцами на больное место и вновь промокнула выступившую кровь.

— А вот здесь, — сообщил Дэвид, показывая ей пинцет, — у нас виновник происшествия.

В луче фонаря светло-зеленым блеском заиграл полудюймовый осколок стекла.

— Еще даже не принесли воскресную газету, — ворчал на следующее утро Дэвид, с пыхтением и проклятиями волоча на третий этаж пылесос с фильтром и съемным мешком для пыли. Шланг болтался у него на шее, подобно вконец обнаглевшему и вялому боа-констриктору. Он до сих пор был в пижаме. — Ап-чхи? И солнце еще даже не позолотило нок-рей, что бы это ни означало, черт побери. Кстати, я не упоминал, что временами твоя одержимость меня просто пугает?