распахнулись, и вошёл Виктор Крум — с красными от

У Гарри от удивления открылся рот, и она увидела

мороза ушами, но очень довольный. Флёр сразу почувранку на нижней губе: он прокусил её, когда метался в

ствовала это: он хмурился куда меньше, чем обычно.

горячке. Сейчас Гарри походил на маленького мальчи— Пойдём, Гарри. Пора.

ка.

— Ну, — начал он, — Дамблдор мог бы…

* * *

— Альбус Дамблдор верит в тебя, Гарри, — возра

зила Флёр. — А вот в кого веришь ты? Неужели нет ниПуть к запасному входу Министерства, который

кого достойного? Или же ты настолько горд и высокоуказал им Перси, лежал через сады; они обогнули здамерен, что предпочитаешь одиночество?

ние, и пробирались мимо огромных цветущих не по се— Это не высокомерие! — резко оборвал её Гарри,

зону розовых кустов — высоких, почти заглядывающих

закипая. — Я… я не переживу, если с кем-то из них

в окна первого этажа. Шипы цеплялись за джинсы и

что-нибудь произойдёт. И тому, кто причинит им несвитер Гермионы, она тихо чертыхалась себе под нос,

приятности, не стоит ожидать от меня ничего хорошеДрако, крепко держа за запястье, тянул её вперёд.

го!.

— Вот так выражения, милочка, — улыбнулся он.

— И ты не считаешь это эгоизмом? — поинтересо— Драко, твоя куртка…

валась Флёр. — Ты же не о них заботишься, а о себе.

Он остановился: двухдюймовый шип распорол руВсё дело в твоей боязни стать слабым. Нет, Гарри, могу

кав его чёрного замшевого пальто.

с уверенностью тебе заявить, что ты переживёшь

— Чтоб тебя, — и он пробурчал себе под нос что-то

смерть любого из них — ты выдержишь и не сломаешьпрозвучавшее, как «долбаные колючки всех этих долся, пока не сделаешь то, что должен: такова твоя прибаных колокольчиков».

рода и именно поэтому в тебя так верит Дамблдор. Ты

Гермиона захихикала.

дан нам не для того, чтобы спасти своих друзей и люЗапасной ход представлял собой впечатляющие

бимых, а чтобы спасти всех нас. И если, спасая всех,

высокие чёрные двустворчатые двери между двумя

спасёшь и друзей, мы будем только рады — и ты не

резными мраморными колоннами. Розы обвивали котолько сохранишь свою жизнь, но и не разобьёшь

лонны и дверь.

сердце. Ты ведь готов пожертвовать жизнью, так поче— Розы в январе, — заметила Гермиона. — Как-то

му же ты не готов принести в жертву сердце?

слишком романтично для Министерства.

— Что ты такое говоришь? — глаза Гарри вспыхнуДрако, отряхивающий с плеч и волос розовые лели. — Что — я должен позволить друзьям умереть за

пестки, скорчил рожу.

меня, позволить участвовать в этой бессмысленной

— От всей этой романтики у меня сейчас сердце из

гонке и битве, касающейся только меня?!

груди выпрыгнет. Как насчёт пароля?

— Она не бессмысленная и касается не только те— Угу, — она вытащила из кармана свёрнутый пербя, — возразила Флёр. — И если они хотят пойти и

гамент и хотела было передать его Драко, но вдруг пеумереть за тебя, то ты не вправе запретить им это. В

редумала.

этом и кроется причина того, что у тебя такие друзья.

— Ну? — нетерпеливо поторопил он.

Именно из-за того ты их и выбрал — Рона, Гермиону и

— Просто смотрю на тебя, — ответила девушка. Так

Драко — не только потому, что ты любишь их, но и пои было: сейчас он выглядел куда более здоровым, чем

тому, что они тебе необходимы. Так же, как и ты им.

всё последнее время. Холод разрумянил бледные щёГарри смотрел на Флёр, и гнев выцветал в его глаки, зелёный свитер, выглядывающий из-под пальто,

зах.

подсвечивал зелёным его глаза. — Не знаю, почему, но

— Я готов умереть. Я много думал об этом. Но я не

мне пришло в голову, что Гарри — что бы там он ни гоготов, чтобы умерли они.

ворил — гордился бы нами.