Голоса не умолкали.

— Ну вот, теперь появился какой-то Пека, — раздался сзади скрипучий голос завуча. — Кто он!

— Как кто! Юрий Петрович.

— Юрий Петрович!! — жалобно спросила завуч. — Не может быть. Вы шутите.

— Он.

— Но почему же Пека! За что!

— Пека — это сокращенно Пекарев.

— Час от часу не легче, — произнесла завуч, чуть не плача. — Ведь это подрыв авторитета. Пека! Боже мой, теперь вся школа будет звать его этим Пекой!

Но Веньке было уже наплевать, что еще скажет завуч о Юрии Петровиче, что она подумает о нем, о Веньке. Он изо всех сил топнул ногами, свистнул, как соловей-разбойник, и заорал, облегчая душу:

— Пека, бей! Бей, говорю! Еще давай, еще разок!

Юрий Петрович будто услышал эти Венькины душераздирающие призывы и издалека, метров с тридцати, а то и больше, всадил мяч в верхний правый угол.

Стадион ревел. Сипел охрипшим голосом Венька. Он любил Юрия Петровича, он боготворил его, он готов был за него хоть на эшафот.

А когда услышал, как Нинуся крикнула, что Юрий Петрович настоящий парень, Венька почувствовал, что любит и Нинусю, что он никогда больше не будет досаждать ей на уроках. Даже завуч, которая на этот раз не заткнула пальцами уши и растерянно улыбалась, показалась Веньке доброй и прекрасной.

— Вот это плюха! — закричал ей Венька, хохоча от счастья. — Вот это удар! Вот это — Пека!..

«Буревестник» выиграл у «Динамо». Первый раз за три года Венька шел оглушенный огромной радостью, вышел за ворота стадиона, увидел Козерога. Тот поджидал его.

— Гони складешок.

Венька достал из кармана ножичек и без сожаления отдал его.

— То-то, — сказал Козерог и торопливо сунул складешок в карман, чтобы Венька не передумал и не отобрал. — Ну, а теперь айда пошляемся. На Обь сходим или еще куда.

Венька мотнул головой:

— Не. Не пойду. Домой я. Завтра история, да и вообще…