— Э-э, позвольте! — наконец доктор отнял арбалет у существа и прижал оружие к груди.

В его глазах рябило. Мечущаяся фигура существа оставляла после себя неясные очертания справа, а само оно уже вовсю вихлялось слева, и от этого мельтешения голова доктора стала уже немного побаливать. Едва ли он был в растерянности, но и страха совсем не было. Наоборот, энергичные подскоки существа, его ужимки уже вызывали истерический смех…

— Я- Химера номер один! Позвольте представиться! Самое умное, благородное, чудесное, красивое…э-э-э, что с вами? Дикий приступ смеха? И я с вами посмеюсь, хи-хи-хи за компанию, ха-ха-ха. Я даже умею гоготать! Ого-го-го! Классно, да? Знаете ли, люблю повеселиться и покуролесить. Я вообще весёлый малый. День и ночь хихикаю, хи-хи-хи-хи! Кстати…это не вам машут с того берега? Ну и рожи? Не обхохочешься за неделю! Вот у нас у химер, рожи покрасивше будут. А это что? Ни рожи, ни кожи, да ещё и яйцо на голове…

— Это не яйцо, это его шапка… — почти простонал сквозь смех доктор, не в силах переносить спокойно забавную рожицу Химеры номер один, которое, подпрыгивая на одном месте, корчило забавные рожицы самому Великому Магу.

Тот в бешенстве потрясал кулаком и что-то вопил визгливым голосом, но что, доктор не мог разобрать из-за скачущей вокруг него и вопящей что-то в ответ Химеры. Наконец Великий Маг вскочил на своего даКона и галопом поскакал прочь, а за ним, поднимая сизую пыль помчалась вся его многочисленная свита. Химера упала на песок и дрыгая длинными ногами завопило — захихикало, заохало от смеха, словно от изнеможения. Так что доктор в свою очередь удивленно уставился на извивающееся в приступе смеха существо.

— Эй, Химера! Может, пора остановиться? Твой смех нездоров…

Но ему ещё пришлось ждать, пока, существо успокоиться. Отсмеявшись и даже

всхлипнув напоследок, Химера дрыгнула длинной ногой, и, промолвив:

— Ох, славно мы повеселились! — замолчало, опершись на песок локтями и высоко закинув длинные голенастые ноги одна на другую, но затем, словно о чем-то вспомнив, с нескрываемым любопытством уставилось на доктора, который в свою очередь с тревогой вглядывался в серое небо над головой. Видимо Химере было противопоказано долго о чем-то думать или размышлять. Через секунду, утратив интерес к доктору, Химера уже с усердием болтало ногами в воздухе и напевало противным квакающим голосом какую-то мелодию.

— Да, я совсем забыл… — пробормотал доктор, и, обратившись к вальяжно развалившейся на песке Химере, спросил: — Почему здесь никогда не видно солнца. Такое ощущение, что серая мгла окутала землю… В такой серости меня не покидает чувство потери времени…

— Насчет потери времени вы немного загнули доктор, а на счёт другого, всё верно!

Серость кругом. А во всем виноват Маг, как всегда! Вот не любит он яркие цвета, хоть ты как их подай ему! Хоть под соусом, хоть без соуса! Говорят, это болезнь неизличима!

— Главное, что это болезнь незаразная! — отозвался доктор.

— Ну как посмотреть! Он, конечно, скрывает свой недуг, но всё равно это проявляется.

Вот и рядится он все больше в черные цвета. Невелик набор, но что поделать Такой он с детства. Одним словом ущербный… — тараторило существо, деловито покачивая огромной лапой.

— Но на бал все красавицы одеваются в яркие платья, и, кажется, в тот вечер у Мага преобладали…

— Красные и бордовые цвета? — бесцеремонно перебивает доктора существо. — Знаю, я всё знаю, но я повторяю, он ущербный… И не обижайтесь доктор, но я вас уверю, он различает цвета на запах…

Но доктор не обижается, а с недоумением смотрит на Химеру, отчего тот начинает ерзать, и ещё больше раскачивать огромной лапой…словно волнуясь.

— Но на красавицах было множество рубинов…

— Цвет крови! Его любимый цвет! Как у кого-то вкус и запах. А этот цвет просто необходим Магу, ну вот просто позарез ему необходим для продолжения рода… — рассуждает Химера, всё сильнее раскачивая огромной лапой.

— Стой! — хватает доктор существо за его огромную ступню, отчего тот подскакивает и испуганно смотрит на доктора.

— Что? — произносит Химера испуганно, но доктор вновь хватает существо за его узкую кисть шестипалой лапы и тянет за собой:- Идём…

— Идём! — подскакивает Химера и торопливо семенит рядом с доктором, безумолку тараторя о том, как оно мечтало о настоящей, полноценной жизни, полной тревог и жутких приключений, и как ему надоело прозябать здесь в лесной глуши, где никто не видит и не понимает твою тонкую, поэтическую натуру.

— Меня заставляют учить географию, физику, а химию не доверяют, но я обожаю сочинять стихи. Ну, например: летело облако по небу, неся в обьятиях букет, его подружка плащ одела, и толстый вязаный берет…Ну как? Классно!

— М-м-м! Может быть и ничего! — неопределенно пожал плечами доктор, потому- что он мало что понимает из того, что тараторит ему Химера, что подпрыгивающей походкой семенит рядом. Но неопределённое мычание доктора Химера воспринимает за положительный отзыв, и поэтому подпрыгнув вверх что есть силы, оно радостно сообщает доктору:

— Я такое способное, просто ужас какое! Вы хороший, вы видите позитив…

И помолчав, уже тише добавляет:

— Но немного ленивое. И всё из-за географии. Так сказал профессор…Он гений…