– Ты не сможешь проследить за тем, как они опишут нашу встречу, – объяснял Фрэнк, мало-помалу раздражаясь на ее упрямство. – Единственное место, где ты можешь хоть как-то влиять на ход беседы, – это прямой эфир на телевидении. Но и там требуется большой опыт, чтобы грамотно уйти от сложных для тебя вопросов. Пойми же!

Однако Клэр понимала только одно: он не хочет делить с ней эту часть своей жизни. Фрэнк Фиорентино – знаменитый футболист, кумир миллионов болельщиков. А она всего лишь его жена, и ее удел – скромно оставаться в тени.

В конце концов не желая углублять ссору, Фрэнк согласился на приезд репортера в Буэна-Виста. В результате в «Кроникл» появилась большая статья, озаглавленная «Невеста для настоящего техасца». Статью украшал огромный, на полполосы, снимок, который сделала Бекки на их свадьбе.

По поводу засухи в статье сообщалось лишь то, что без капиталовложений Фрэнка ранчо Буэна-Виста ни за что бы не выжило. В основном же в статье речь шла о том, что будущее Фрэнка отныне под угрозой, так как он прочно привязал себя к земле. А может, спрашивал репортер, он просто решил примерить на себя роль ковбоя, чтобы потом продолжить успешную кинокарьеру?

У Клэр статья вызвала отвращение – настолько сильное, что она готова была разорвать репортера на куски.

– Как ты можешь терпеть такое?! – гневно вопрошала она.

– Клэр, ведь ты сама пустила сюда газетчиков, позволила нарушить наше уединение. Видишь, что получилось? Обещай, что отныне ты будешь прислушиваться к моему мнению.

Она промолчала.

Он кратко сообщил ей, как намерен поступить, и ей не оставалось ничего другого, как согласиться с его доводами, особенно принимая во внимание ее беременность и то, что график Фрэнка в ближайшие дни будет насыщен до предела. Его ждут тренировки, массаж, интервью, фотосессии для глянцевых журналов…

Поэтому, когда они прилетели в Хьюстон, Клэр устроилась в большом гостеприимном доме Троя и Элисон в районе Ривер-оукс, а Фрэнк поселился в пятизвездочном отеле в десяти минутах езды от стадиона. От нежелательных визитеров его и других знаменитых участников благотворительной акции бдительно охраняли. Охранники сопровождали его на тренировки, в рестораны – словом, повсюду, куда бы он ни направлялся.

Клэр ходила по магазинам с Элисон и Бекки, и к ней никто не приставал. Она могла свободно гулять по большому городу в компании добрых друзей. Плохо было только одно: рядом с ней не было Фрэнка. И по ночам ей было одиноко в огромной постели.

Фрэнк часто звонил ей по телефону. Она не могла пожаловаться на его невнимание и все же чувствовала себя оторванной от него. В основном они говорили о том, чем она занимается, где побывала и что купила. Ей казалось, он специально избегает разговора о своих делах. Возможно, думает, что ей все это неинтересно. И даже когда она задавала вопросы, связанные с игрой, он отвечал уклончиво.

– Неужели так будет всегда?! – воскликнула она однажды. – Ты в одном месте, а я в другом!

Фрэнк надолго замолчал, и вдруг Клэр осознала: ведь раньше она сама этого хотела. Она не желала иметь ничего общего с его миром, с его профессиональной карьерой. Она не хотела, чтобы они с ребенком стали частью его жизни. Но теперь Клэр отчаянно хотелось верить в то, что их узы, скрепленные двумя месяцами в Буэна-Виста, не ослабеют нигде и никогда. А может, Фрэнк и сам не верит, что такое возможно? Она ругала себя за то, что была такой узколобой, и с болью в сердце ждала, что он ей ответит.

– Нет, – тихо сказал он наконец. – Ты ведь не всегда будешь беременной, Клэр… – Он говорил медленно, терпеливо, словно увещевая капризного ребенка. – Я уже объяснял тебе, что не хочу доставлять тебе лишних поводов для беспокойства. Потерпи немного. Еще неделя – и мы вернемся домой. Хорошо?

Все его доводы были в высшей степени логичными и разумными.

Однако в воспаленном воображении Клэр рисовались страшные картины: Фрэнк понял, что она ему не пара, он не хочет, чтобы его жалели, видя, на какой простушке он вынужден был жениться под давлением обстоятельств…

Я снова веду себя как настоящая эгоистка, ругала себя Клэр. Придется научиться жить и в другом мире, привыкать к большим городам, к массажным салонам, к другому стилю… Надо было слушать его, а не настаивать на своем.

Клэр слегка задевало то, что Фрэнк постоянно упоминает о ее беременности. Ребенок так много для него значит! Клэр невольно подумала: вот если бы их малыш уже родился, Фрэнк, наверное, не остался бы жить в отеле. Захотел бы, чтобы его семья была с ним. Пока они оставались в Буэна-Виста, ей казалось, что их союзу ничто не угрожает. Возможно, она была дурой и тешила себя иллюзиями. Как только они попали в другое окружение, разница между ними сразу стала ощутимой.