поморщившись, небрежно взмахнул рукой, великодушно позволяя всем

присутствующим не вставать, и направился прямёхонько к центральному

столику.

— Это Сигнар Киранг, отставной лейтенант 'Скорпионов' и глава Ордена

Мстителей, — шепнул хозяин гостям, одновременно расплываясь в любезной

улыбке и всё-таки поднимаясь со своего места.

' Скорпионы' — звучит неприятно. И опасно' — подумала Маша.

'Ещё один Орден!' — Витя автоматически прикоснулся к тому месту на

груди, где, невидимая под одеждой, жила своей жизнью татуировка — не

татуировка… В общем — непонятно что в виде дракончика.

— А, старина Зейд! — Киранг, подойдя к столу, изобразил улыбку.
–

Представь меня, пожалуйста своим гостям. Хочу пообщаться с везунчиками,

сумевшими спастись из рабства у нелюдей.

'А нас спросили, хотим мы общаться или нет?!' — сердито подумала Маша.

Раньше она не преминула бы задать этот вопрос вслух, но за время

пребывания в этом мире (или правильнее — в этих мирах?), уже научилась

держать язык за зубами, когда этого требовали обстоятельства.

— Сигнар Киранг, отставной лейтенант 'Скорпионов' и глава Ордена

Мстителей, — ещё раз повторил хозяин, у которого, как только что

выяснилось, тоже имелось имя.

Витя с досадой подумал, что поинтересоваться, как зовут человека,

который должен был их с Машей накормить-напоить и предоставить кров,

можно было бы догадаться и самим. Да и представиться тоже не помешало

бы…

Но, как говорится — лучше поздно, чем никогда. Все сидящие за столиком

(включая только что прибывшего 'мстителя'), были перезнакомлены друг с

другом, так что правила приличия наконец-то были соблюдены.

Не успел новый гость занять свободное место, как официанты уже

поставили перед ним поднос со снедью.

Но Киранг не притронулся ни к еде, ни к питью. Вместо чем заняться

трапезой, он, сохраняя на лице благожелательную улыбку, принялся

расспрашивать Машу с Витей об их 'пребывании в плену у нелюдей'.

Вопросы следовали один за другим, и, хотя, внешне всё выглядело, как

обычная беседа, землянам показалось, что они снова находятся на допросе.

Тут уж требовалось быть настороже, чтобы не запутаться в деталях, поэтому

процесс поглощения пищи постепенно сошёл на нет. Не до того было.

По правде говоря, к этому времени желудки уже наполнились до упора,

так что внеплановое окончание ужина особого сожаления ни у кого не

вызвало.

По мере продолжения беседы Маша начала сравнивать происходящее уже

не с допросом, а скорее с представлением в театре. Настолько явно было

видно, что собравшиеся вокруг — не обычные посетители местной

забегаловки, пришедшие сюда, чтобы выпить, закусить и поболтать друг с

другом — а зрители, ловящие каждое слово актёров, в роли которых пришлось

выступать молодым людям.

Кстати, и места в 'зрительном зале' распределялись, как в театре. Ближе

сидели люди, выглядевшие познатнее и побогаче, а 'на галёрке' по дальним

углам разместилась местная беднота.

Витю подобные аналогии не посещали. Он был полностью сосредоточен

не том, чтобы не сбиться с 'легенды'. А вот Машу всё это сначала дико

смущало. Потом смущение переросло в раздражение.

Тем не менее она старалась держать себя в руках, и к концу беседы даже

начала не только отвечать на вопросы, но и задавать свои. Ей было

интересно, чем же вызвана ненависть местных жителей к нелюдям, и как

здесь вообще устроена жизнь.

В то, что собеседник, который, как она поняла, если и не главный в этом

городе, то, во всяком случае — 'особа, приближённая к императору', соизволит

удовлетворить её любопытство, особой надежды не было. Но, как говорится

— попытка не пытка.

К радости девушки, отставной лейтенант, как оказалось, был готов не

только задавать вопросы, но и отвечать на них.

*****************************************************************

**********

И вот какая постепенно вырисовалась картина:

Люди жили здесь очень давно. Настолько давно, что даже известные