– Ты кое-чего не учел, – покачал головой Бельзедор.

– Чего же?!

– Я ему поддавался.

Сказав это, Бельзедор обрушил на Гальвени настоящий шквал из ветвящихся молний и раскаленного ветра. Любого человека – да что там, любого слона! – эта атака просто смела бы, превратила бы в золу. Но лауреат премии Бриара второй степени только прищурился, надежно защищенный волшебством.

– Вижу, ты действительно кое-что можешь, – процедил Гальвени. – Но я тоже кое-что могу!

Воздух вокруг волшебника скомкался и загустел. Он резко выдохнул и выбросил вперед руки, исторгая немыслимой силы импульс. Поток чистейшей энергии, любимое оружие адептов Ингредиора, хлынул в Бельзедора, спеша уничтожить его, обратить в ничто.

Хлынул – и пропал. Бельзедор даже не стронулся с места – он просто молча поднял руку, останавливая мощнейшее заклинание голой ладонью. Вокруг нее закрутился черный диск, с хлюпаньем всасывающий в себя импульс.

– Не недооценивай злодея старой закалки! – впервые повысил голос Бельзедор.

Его тело резко вытянулось. Руки прижались к бокам и растворились, шея удлинилась, изо рта выметнулось раздвоенное жало. Тремя секундами спустя на месте Бельзедора извивалась колоссальной величины змея. Вот она метнулась на волшебника, разевая клыкастую пасть…

Гальвени скрестил руки, окутывая себя очередным барьером, и расхохотался:

– Глупец! Превращение в змею никогда не срабатывает!

– Зато это эффектно выглядит, – сказал Бельзедор.

Он со всего размаху ударился о колдовской барьер, отлетел назад и принялся с невероятной скоростью обвивать его кольцами. Гигантской толщины тулово с чудовищной силой давило со всех сторон – барьер затрещал, замерцал, угрожая лопнуть. Драммен Гальвени поднял руки, вливая в свое заклинание новую энергию, сдерживая страшный напор Бельзедора.

– Ты прав, я всего лишь смешной и нелепый злодей из старой сказки, – сказал Темный Властелин, сверкая змеиными клыками. – Я просто жуткое пугало, никому не причиняющее настоящего вреда. Я нужен для того, чтобы смертным было кого винить в своих бедах и проблемах. Нужен, чтобы героям было с кем бороться. Иначе герои сами станут злодеями. Или просто исчезнут. А мир без героев – это очень несчастный мир.

– Но зачем тебе все это?! – выкрикнул Гальвени.

– В мире огромное количество ненависти и злобы. И если смертным непременно нужно видеть в ком-то врага, пусть видят его во мне. Пусть те, кому непременно нужно кого-то убить, убивают меня. Я ведь… неубиваемый.

– Неубиваемый?! – процедил Гальвени. – Это мы еще посмотрим!

Он резко расставил локти – и во все стороны хлынули бурлящие потоки. Чистейшая энергия поглотила Бельзедора-змею, опаляя его чешую, заставляя разжать тугие кольца. Пользуясь моментом, Гальвени взметнулся в небеса, за мгновение уносясь на сотню локтей.

Бельзедор-змея ринулся следом, но всей его длины не хватило, чтобы догнать улетающего волшебника. Вдобавок Гальвени еще и обрушил на него сверху град ослепительных лезвий – они буквально взорвали каменный мост, иссекая его в крошево.

Тогда Бельзедор вернулся к обычному облику. Прежнее тело, прежние доспехи из черного металла. Стоя на рушащемся мосту, он пристукнул каблуками – и под ним заклубился дымный вихрь. Эти клубы стремительно понеслись вверх – а вместе с ними понесся и Бельзедор. Вытянув руку в сторону, он резко сжал пальцы, призывая темный меч – тот сорвался с крыши и секундой спустя был уже в ладони хозяина.

Теперь Бельзедор вспомнил его имя – Обскотенебр.

– Что ж, я недооценил тебя! – прошипел Гальвени, окруженный сияющей сферой. – Но я все-таки лауреат второй степени! Я сотру тебя в порошок!

Волшебник взмахнул рукой – и адамантовый серп, все еще висящий за поясом Бельзедора, выскользнул оттуда и закружил в воздухе. Держа страшное оружие собственной мыслью, Гальвени принялся ожесточенно швырять его в Бельзедора, пытаясь хоть раз зацепить, резануть по живому мясу. Один-единственный удачный удар – и все будет кончено. Кончено навсегда.

Но Бельзедор не давал ему такой возможности. Воле волшебника он противопоставил собственную, отбивая серп взглядом и неуклонно летя вверх на дымном вихре. В руке Темного Властелина источал мрак зловещий клинок, а с пальцев другой ветвились тысячи молний.

Под тучами Империи Зла бушевали две неукротимые силы, заключенные в плоть и кровь. Драммен Гальвени парил на огромной высоте, в центре чудовищной мощи энергетического шторма, с кривой усмешечкой ожидая приближающегося Бельзедора. Гигант в черных доспехах несся со скоростью камня, извергнутого вулканом. Еще немного, и Обскотенебр вонзится в сердце волшебника…

И тут Гальвени резко сжал ладонь. По руке Бельзедора словно ударило невидимой скалой. Черный клинок со страшной силой выдернуло из пальцев и понесло вверх, вверх, в необозримую даль, где исчезает даже воздух.