– Жена будит своего мужа посреди ночи и взволнованно шепчет: «Дорогой, к нам забрался вор! Он сейчас на кухне, доедает то, что осталось после ужина!» А муж переворачивается на другой бок и, не открывая глаз, отвечает: «Ложись, дорогая, и спи. Я его утром похороню».

У дверей дворцовой комнатки, в которой висел портал, сидел на стуле довольный жизнью Мархей, ел огромный бутерброд с красной рыбой, запивал его пивом из глиняного кувшина и рассказывал двум скучающим гвардейцам анекдоты. Гвардейцы ржали, привалившись к косяку в расслабленных позах. А между этой компанией и порталом от стены до стены был растянут экран, подобный тонкой, почти невидимой паутине, сотканной из голубоватых разрядов. И в этой паутине, в самой ее середине громадной мухой висел Везилий. Он уже пришел в сознание, но, схваченный магическими тенетами, не мог двинуть ни рукой, ни ногой и лишь болезненно морщился от очередного образчика юмора.

– А, – заметил Хорта маг, – с возвращением! Я решил пока не вынимать этого господина – мало ли, вдруг это не тот, а какой-нибудь совсем посторонний.

– Тот, Мархей, тот, – улыбнулся Алесандр. – Давайте, ребята, выпутывайте его и позовите Ол… то есть Его Величество. И архивариуса – тоже сюда.

– Прекрасно, Хорт, – король откинулся в глубоком кресле, положив ногу на ногу, и довольно улыбнулся.

– Кстати, Алесандр, – спросила леди Релла, – вы не представили нам эту очаровательную леди.

– Исправляю упущение. – Хорт, улыбаясь, бросил взгляд на смутившуюся Огнеду. – Это Огнеда, которая помогла мне в поимке Везилия. Даже, я бы сказал, сыграла ключевую роль в этой операции.

– Леди Огнеда, – кивнула фаворитка, – хорошо звучит.

– Не леди, – сказала девушка, – просто Огнеда.

– Ну, это легко исправить, – негромко проговорил король. – Хорт, мы выяснили все, кроме одного пункта. Везилий сознался, что его целью был архив, из которого он выкрал свои же собственные записи. Он также признал, что приманил кнакера, чтобы отвлечь стражу – да и вообще всех – от кражи из архива. Он, правда, никак не ожидал, что кнакеры в бассейне Черноброды нынче столь измельчали и чуть не разрыдался, когда я показал ему этого речного гада, обретающегося ныне в королевском бассейне. Но куда пропала корона – Везилий признаваться отказывается. Как ты полагаешь, мог он состоять в какой-нибудь преступной клике, которая…

– Занимается выкрадыванием корон? А вся алхимическая деятельность – прикрытие? Нет, вряд ли…

И тут у Хорта зародилась мысль. Она поселилась где-то в самой темной глубине его мозговых извилин и никак не давала себя разглядеть целиком. Но мысль определенно была стоящая.

– Ваше Величество, – спросил он, – а не позволите ли вы осмотреть хранилище, где находилась корона, Огнеде?

– Почему нет? Только зачем?

– Есть одна мысль, но я пока не хочу ее озвучивать…

Через минуту они были в уже знакомой Хорту комнате.

– Что ты задумал? – шепотом спросила Огнеда, оглядываясь.

– Можешь задействовать свое обоняние и определить, не пахнет ли здесь чем-нибудь или кем-нибудь подозрительным?

– Ну, знаешь! – возмутилась девушка. – Вряд ли у меня достаточно жизненного опыта, чтобы определить, какой запах для королевского дворца является подозрительным!

И все же она попробовала. Хорт не заметил в ней никаких внешних изменений, просто девушка прикрыла глаза и стала медленно обходить помещение.

В это время в неплотно прикрытую дверь просунулись две любопытные пушистые мордочки. Глазки-бусинки поглядели на Хорта, на Огнеду, а затем хорьки решили, что эту комнату стоит, пожалуй, обследовать поподробнее. Вдруг чья-то добрая душа догадалась припрятать в уголке кусочек вареного яйца или курятины? Или даже… мышь? Однако, дойдя до середины комнаты, хорьки вдруг преобразились: они, как по команде, приподнялись на лапах и задрали хвосты, распушив их подобно ершикам для мойки бутылок.

– А, вот они куда убежали, – в комнату заглянула леди Релла и тут же с недоумением уставилась на своих любимцев, которые с сердитым пыхтением маршировали по направлению к вентиляции. – Что это с ними стряслось?!

– Ничего удивительного, – Огнеда открыла глаза и тоже посмотрела на зверьков, – они учуяли нежить. А нежить приходила из вентиляции и туда же ушла.

– Отлично, – устало сказал Хорт, – что и требовалось доказать.

Он подобрал с пола обоих хорьков и пошел к двери.

– Сержант! – окликнул он в коридоре одного из дворцовых стражников, – пусть ваши люди проверят чердак дворца – или куда там выходят трубы вентиляции? Скорее всего, именно там и находятся некоторые утерянные реликвии, а также другие ценные предметы. Например, любимое золотое перо королевского секретаря… Также там может находиться нежить, – небольшая, но все равно будьте осторожны. Доложите Его Величеству лично.

Стражник отдал честь и убежал.

– Хорт, Огнеда, не хотите ли кофе? – Релла внимательно посмотрела на Хорта, забрав у него из рук хорьков. – И большую, хорошо прожаренную отбивную?

– Леди, вы всегда были моей спасительницей и благодетельницей.

– Я распоряжусь, – улыбнулась Релла.

Отбивная и кофе подошли к концу, причем второе не смогло преодолеть воздействие первого: Хорт чувствовал, что стоит ему чуть-чуть расслабиться – и он мгновенно уснет.

По коридору, ведущему к залу для аудиенций, загромыхали сапоги стражи.