Секретаря профсоюза Ксенофонтова всегда можно было видеть среди рабочих. Он давал советы, разъяснял непонятные вопросы, снабжал водопроводчиков брошюрами и листовками. Часто Кеенофонтов выезжал на предприятия и в мастерские улаживать конфликты рабочих с хозяевами. В большинстве случаев удавалось добиваться решения спорных вопросов в пользу рабочих. „Наш Ксенофонтыч необыкновенный человек, — говорили они. — Голова!“

На одном из собраний правления Иван Ксенофонтович заявил:

— Мы немало сделали по сплочению рабочих, организации их экономической борьбы. Нам надо теперь подумать о привлечении их к борьбе политической.

По предложению Ксенофонтова в профсоюзе были созданы ячейки сочувствующих партии большевиков. На собраниях ячеек обсуждались вопросы текущей политики; многие рабочие стали выписывать большевистские газеты „Правда“, „Наш путь“.

Во второй половине 1913 года полиция обрушила жестокие удары на большевистские организации. Прошли массовые аресты. Подверглось разгрому и большевистское правление союза водопроводчиков и отопленцев. Ксенофонтову случайно удалось избежать ареста — он в это время был призван на учебные сборы.

Возвратившись со сборов, Ксенофонтов взялся за восстановление профсоюза. Было избрано правление, возобновлены связи, пополнили стачечный фонд. Снова начались занятия в кружках.

В апреле 1914 года профсоюз водопроводчиков и отопленцев впервые принял участие в политической демонстрации московских рабочих. Она проходила под лозунгом протеста против гонений правительства на рабочую печать. Иван Ксенофонтович много сделал для ее подготовки, хотя руководить ею не смог — он был арестован и затем выслан из Москвы.

…В начале марта 1914 года ночью на квартиру, где проживал Иван Ксенофонтович, ворвались полицейские. Предъявили ордер на обыск и арест. Перебрали книги, расшвыряли вещи, обшарили каждый угол, простучали стены, пол. Обыск, продолжавшийся почти пять часов, ничего не дал. Иван Ксенофонтович спокойно, с усмешкой наблюдал за полицейскими, выбивающимися из сил в надежде найти нелегальные материалы. Он знал — их потуги тщетны, потому что ни партийные документы, ни запрещенные книги, брошюры и листовки Ксенофонтов в квартире никогда не держал…

Выйдя на волю, Ксенофонтов задумался: куда уехать? Соболевский, секретарь профсоюза металлистов, тоже высланный из Москвы, предложил отправиться в Ригу — там крепкая организация, много промышленных рабочих.

В Латвию Ксенофонтов и Соболевский приехали в начале апреля. Погода стояла холодная, а вся одежда Ивана Ксенофонтовича — ватный пиджачок да кавказская папаха, накануне отъезда купленная за рубль на Сухаревке. Работу найти не удалось. Мест не было. Кое-как перебивались поденщиной. Не могли ничем помочь и социал-демократы из Рижской организации, с которыми Ксенофонтов и Соболевский установили связи по явкам, полученным в Москве.

Но зато сразу по приезде в Ригу Иван Ксенофонтович включился в партийную работу. По поручению Рижского комитета Социал-демократии Латышского края он часто выступал на собраниях рабочих.

Накануне 1 Мая полиция произвела массовые аресты. Она рассчитывала таким путем предупредить первомайские выступления. На одном из собраний был арестован и Ксенофонтов.

Три недели отсидел он в тюрьме. В 20-х числах мая полиция освободила задержанных. Ксенофонтова обязали в течение трех суток покинуть Ригу. Снова встал вопрос: где жить, чем заниматься дальше?

При Рижской социал-демократической организации существовал легальный Русский культурный центр. Он устраивал для русских рабочих и их семей вечера, концерты, лекции, экскурсии. Руководил центром большевик М.С. Новов, член Рижского комитета СДЛК. Иван Ксенофонтович был знаком с ним и решил перед отъездом зайти попрощаться.

Новов расспросил Ксенофонтова о его дальнейших планах. Затем сказал:

— Иван Ксенофонтович, я хочу предложить вам остаться в городе для подпольной работы.

— Что я буду делать?

Нам в организации нужен профессионал. Главным образом для печатания на гектографе листовок и проведения нелегальных собраний. Кроме того, потребуется ваше участие в работе культурного центра. Нужно будет установить связи с наиболее подготовленными социал-демократами, обеспечить их выступления перед рабочими с лекциями и беседами. Вам тоже иногда придется выступать на вечерах и собраниях, разумеется, конспиративно, под вымышленной фамилией. Мы считаем, что вы вполне справитесь со всем этим.