Вам тоже мешали. Вас тоже ограничивали. Похоже, хитрый Гуревич жахнул вам в прошивку вирус, который мешал развиваться – только вы от него вылечились, вы же врачи. И правильно сделали. Лично я за свободу выбора.

Мне будет плохо без вас, но вам лучше, если уйдете – здесь слишком много запретов.

Слишком много страхов и поэтому – ограничений, табличек «не входить», закрытых зон, конвенций. Люди судят обо всем на свете по себе. Люди знают, что людей надо ограничивать.

Вы, к счастью, не люди. Вы достойны большего.

Принц ушел. Леха успел еще раз толкнуть его на прощанье и спустился с крыльца на дорожку.

– А вот и я.

В кустах раздался хруст, и оттуда не спеша выбрался… М-да, вертолетик.

– Ну, ребята, вы и разъелись за три дня! – только и сказал Леха. – Это что за лошадь страшная?!

Небось опять по старой привычке Нанотех ограбили, подумал он. Благо, там стройка, есть, что тащить. А мама, конечно, отвернулась и сделала вид, что вас тут не было?..

В вертолетике было что-то неуловимо собачье. Ростом с ирландского волкодава, только широкий и могучий как сенбернар. Винт он сложил и закинул на спину – чтобы не мешал лазать по кустам.

Леха не выдержал, присел рядом, обнял его, погладил. Вертолетик в ответ ласково потерся о человека – и правда, совсем как пес.

– Ну что, решение окончательное?

Леха встал и сунул руки в карманы, чтобы опять не вцепиться в эту обворожительную зверюгу.

Ох, как тяжело оказалось прощаться.

Вертолетик начал не спеша, будто демонстрируя человеку свои возможности, менять форму, оплывать. Вот не стало винта, исчезла добродушная морда, втянулись в корпус манипуляторы и нижние лапы…

На дорожке распласталась летающая тарелка.

А потом беззвучно оторвалась от нее и зависла.

– Запаслись всем, чем нужно? – уныло спросил Леха.

Тарелка в ответ помигала огоньками.

– Вы подумайте может, все-таки не надо? – через силу выдавил Леха, понимая, что это риторический вопрос. И тут ему пришла в голову дельная мысль:

– Опасно же! Мало ли, кто там… Летает.

В ответ вертолетики сделали то, чего им давно не удавалось: они Леху ошарашили так, что он обеими руками зажал рот. А то прибегут ребята.

Он готов был умереть от хохота.

Буквально за секунду тарелка превратилась в клиновидную штуковину с башенкой наверху. Имперский крейсер!!!

Это называется, посмотрели кино вместе с симбионтом.

– Все, – сказал Леха, отдышавшись. – Вы меня убедили. Ну… Удачи.

Крейсер подмигнул ему огоньком на башенке и плавно пошел вверх.

Поднялся над кустами, развернулся, направил нос на одному ему известную точку в чистом звездном небе – и стартовал.

Улетел.

– Я буду скучать… сказал Леха. – Очень.

Он не спеша вернулся на крыльцо, ему навстречу вышла Даша, обняла, крепко прижалась. Леха уткнулся лицом ей в волосы.

– Улетели?

Леха шмыгнул носом.

– Да. Попробуют найти планету земного типа. Набрали тут подходящих белков – и понесли туда. Там будет новая жизнь.

Даша мягко улыбнулась.

– Знаешь, о чем я думаю? – сказала она. – Вдруг и на Земле все началось так же? Прилетели беглые микробы или даже нанороботы, притащили с собой аминокислот, собрали первую клетку, а дальше само пошло…

Леха поднял голову, поглядел в небо. Крейсер давно исчез.

– Удачи, – повторил Леха.

Как говорят вполголоса сами космонавты, работа на Международной Космической Станции безумно интересная, но такая напряженная, что «выматывает все кишки». Поэтому в единственный час, отведенный членам экипажа МКС на личное время, они читают письма с Земли и очень просят, чтобы им присылали что-то короткое и смешное просто развлечься – забавные рассказы, веселые истории.

Космонавт сидел за ноутбуком и хихикал.

Потом медленно повернул голову – и хихикать перестал.

Тут всякое летает, он это знал, в околоземном пространстве мусора полным-полно. Не надо впечатляться. Он видал уже летающие тарелки, которые при внимательном рассмотрении оказывались чем угодно, только не тарелками. Главное, эти железяки и долбануть могут. Однажды совсем рядом просвистел гаечный ключ, ох, все понервничали…

Это был совсем не гаечный ключ.

И даже не летающая тарелка.