— Ты спас меня от смерти, как я тебя. Отныне мы считаемся братьями по оружию. Моя добыча — это твоя добыча. Мой трофей — твой трофей.

— Хорошо. Тогда и моя добыча — это твоя добыча, мой трофей — твой трофей.

— Теперь мы сделаем себе уколы из универсальной аптечки, регенерируемся и уберемся их этой дыры.

Уколы сняли боль и придали сил. Ступая обгоревшими ступнями по раскаленному песку, Тигров ничего не чувствовал, словно у него были протезы. А вот силы прибавилось. Подойдя к миниатюрному истребителю, он не удержался от вопроса.

— А почему спасение жизни так ценится у вас? Разве в параллельной вселенной не лучше?

— Это мой личный выбор. Главное, это честь, а не жизнь. Кроме того, в боях мы должны заботиться о ценности жизни, тогда и в новой сфере у нас будет полноценное существование. Ведь, когда ты сохраняешь свою жизнь, ты сохраняешь возможность уничтожить побольше врагов твоей расы.

— Смотри! Новые противники! Но у нас есть лучеметы!

— Правильно, человек, но не трать сильно много зарядов. Это детское оружие, в нем мало энергии для реальных битв.

— Вы что с ними игрались?

— Да, это из обучающих игр. Каждый стэлзан должен с младенчества владеть оружием. Однако не бойся, их него невозможно убить стэлзана. Пять мини-циклов — и мы заскочим в истребитель "Фотон".

Тигров был настолько взвинчен и зол, что стрелял в отвратительных гадов с садистским ожесточением. Оправдывая фамилию, в нем пробудился дух бенгальского тигра-людоеда. Впрочем, разномастные туземцы открыли ответный огонь. Правда, стреляло только пять монстров, остальным, видно, не разрешалось иметь оружие. Владимир стрелял очень хорошо и метко, сказывался богатейший опыт компьютерных игр с электронными пистолетами. Стэлзан стрелял еще лучше, а вот аборигены не тянули даже на уровень бойца стройбата. Оставив убитых, остальная стая разбежалась. Воя и ревя, словно шакалы, опаленные огнеметом.

Потрепанные друзья заскочили в мини-звездолет тактического действия. Истребитель "Нейтрино-фотон" был невидим на пустынном фоне (маскировочное покрытие сливалось с зеленовато-фиолетовым песком). Только на борту после взлета Владимир догадался спросить:

— Мы уже столько времени вместе, спасали друг друга, сражались с врагом, вместе получали раны, а я до сих пор не знаю твоего имени.

— Да, ты прав, брат. Меня зовут Лихо Разорвиров. А тебя?

— Владимир Тигров, а по отцу Александров.

— Владимир — владеющий миром, а Тигр — символ войны. Это по-нашему.

— И у тебя тоже. Лихо разорвать… Лихой разрыватель…

— Ну, разрывать — это по-дикарски. Уж лучше резать, испарять. Высшая доблесть и цель в жизни — безжалостно убивать врагов своей расы, служить верно и честно империи.

— Да, я согласен. Но ведь ваша империя — наш враг?

— Нет, мы ваши старшие братья по разуму. Старшие, но братья… И будь моя воля, я бы вас уровнял в правах. Вы способны на подвиг. А впрочем, есть идея! Пусть свое слово скажет оружие!

— Как? Разве оно не сказало?

— Нет. Оно тебя послушалось, но есть один нюанс. Этим оружием нельзя причинить серьезный вред нашей расе. Если ты воин, то тебе это не страшно, проверь на руке.

— Нет, на голове!

Тигров приставил лучемет к виску и выстрелил. Лихо дернулся, но не успел перехватить руку Владимира. Огонек слегка опалил кожу, появился красноватый ожог. Разорвиров вырвал лучемет, потом осторожно его вернул.

— Ты что с ума стартовал в гиперпрыжок. Тебе могло снести голову. Я ведь пошутил.

— А я не шутил. Теперь мы на равных.

— Да, на равных, вот тебе две мои руки. Сейчас мы произведем посадку в крейсер. А ты разве думал, что летел на "Фотоне" в иную галактику? Тут не давно были бои, так что мы тебя замаскируем под нашего брата.

— Хорошая мысль, а если снова проверят сетчатку?

— А ты можешь быть из очень дальнего сектора, ведь у нас триллионы планет под контролем. Я поговорил бы со своим отцом, и он сделает бы тебе нужные документы для абсолютной безопасности.

— Как мне хочется тебе верить…

— Зачем мне рисковать жизнью? Чтобы потом предать? Не вижу в этом логики. Клянусь тебе, мы братья навсегда!

Миниатюрный истребитель легкой бабочкой впорхнул в чрево исполинского крейсера-флагмана.

Когда Лев Эраскандэр очнулся, ему показалось, что он сошел с ума. Уж больно нелепое существо склонилось над ним. Нос морковкой, три уха веером, руки-ласты, зеленая кожа в красных и желтых пятнышках, образующих замысловатые узоры. Это был словно герой детского комикса. Конечно, не удивишь его ничем, но было что-то особое дурашливое в выражении мордочки диковинного зверя. А когда существо заговорило, то его речь и вовсе оказалась странной.