– Судя по радостным крикам, вы получили однозначно-позитивную информацию?

– Сугубо позитивную! – подтвердила Александра.

– Примите мои искренние поздравления. Итак, куда вас подбросить?

– До ближайшего аэропорта, из которого можно вылететь в канадский Калгари, – сообщил Егор. – Наверное, до Мендосы.

– Прямого рейса Мендоса – Калгари не существует. Придётся лететь с пересадками…. Поэтому я предлагаю – проследовать до чилийского Сантьяго, сэкономите несколько часов.

– А как же – напряжённые межгосударственные отношения между Аргентиной и Чили?

– Напряжённые отношения? – непонимающе нахмурилась Мара. – Кто это вам наплёл такую откровенную чушь? Старый Алфредо Месси? Вы его больше слушайте, он ещё не то расскажет. Включая байку о том, что, мол, легендарный Эрнесто Че Гевара жив и здоров, более того, он – в самое ближайшее время – выйдет из подполья и высоко поднимет знамя мировой революции…. Ну, собирайте вещичку и проходите в вертолёт. Время, как говорится, не ждёт…

В южной Канаде безраздельно властвовало потрясающе-беззаботное «бабье лето». Голубое небо над головой, многочисленные жёлто-красные листья под ногами, умиротворённая и расслабляющая тишина.

Впрочем, осень – для славян – время горячее и беспокойное. В том плане, что об отдыхе и расслаблении можно надолго забыть. Вплоть до середины суровой зимы.

Санька, Платон и Иришка, переодевшись в типичные славянские одежды, с удовольствием влились в бригаду грибников-грибоваров, возглавляемую Верой Поповой. Белые грибы, подберёзовики и подосиновики славяне традиционно сушили возле длинных и ленивых костров, а рыжики, белые грузди и розовые волнушки засаливали в огромных липовых колодинах, выдолбленных мастеровитым Сеней Брауном.

– А где же маленький Егор Федонин? – обеспокоенно оглядываясь по сторонам, спросила Александра. – Мы с мужем хотели усыновить мальчишку.

– Его, сиротинушку, бабушка забрала, – печально вздохнула Вера. – Она нам всё и рассказала…. Эх, как жалко погибших Гешку и Юльку! Слов нет…

Егор же присоединился к охотникам. Они добывали – с помощью самодельных луков и пращей – уток и гусей, тушки которых потом коптили и засаливали в деревянных бочонках. А ещё ставили капканы и петли на бобров, барсуков и упитанных зайцев.

– Рыбой же мы потом займёмся, уже зимой, по первому льду – пояснил Симон. – Здесь, в Канаде, подлёдная рыбалка, как правило, гораздо более добычливая, чем летняя.

Потом все члены славянского племени – дружно и весело – занялись сбором овощей: репы, свёклы, моркови и капусты.

– Дорогой, вечером, после засолки капусты, нам следует прогулять к Бобровой реке, – укладывая в плетёную корзину крупную оранжево-красную морковку, тихонько шепнула Санька. – К дальнему водопаду.

– Вас понял, мадам Леонова, – многозначительно улыбнулся Егор. – Исполнение супружеского долга – требует уединения….

– Не в этом дело, развратник белобрысый. Просто Таня Белова хочет нам сообщить – по большому секрету – некую важную информацию. Вся такая загадочная из себя. Просила никому не говорить о предстоящей встрече.

– Хорошо, не скажем…

Оставив детей на попечение Веры, они отправились к реке. Солнышко пряталось в далёких западных облаках, приближался закат.

– Сиреневый закат, и розовый – рассвет, – беззаботно напевал Егор. – А в перерыве ночь – сплошной ультрамарин. Ты снова не пришла, а я позвать забыл. И тихий Ангел наш, он мимо пролетел…. Эту песенку я сочинил, любимая, ещё до нашего знакомства. Сейчас она, понятное дело, утратила свою значимость и актуальность…

Они, срезав путь по шикарному сосновому лесу, подошли к симпатичному метровому водопаду.

– Идите сюда! – позвал их знакомый голос. – За кривую сосну.

– Эге! – удивился Егор. – Тут, оказывается, имеется что-то вроде уютной пещеры. Свечечка горит.

– Дело совсем не в уюте, – Татьяна щёлкнула кнопкой крохотного приборчика. – Видите, загорелась маленькая зелёная лампочка? Это означает, что сейчас нас не прослушивают, и можно говорить спокойно, без опаски.

– Получается, что в других местах – прослушивают?

– Ага. Причём, во всех. Зелёная лампочка загорается только здесь…. Егор, дай-ка мне сигаретку, волнуюсь я что-то…

Сделав пару затяжек, Таня закашлялась и, затушив сигарету о каменную стену пещеры, попросила:

– Дайте мне, пожалуйста, честное слово, что всё, что вы сейчас услышите, останется между нами.

– Честное слово. Без вопросов.

– За сутки до моего отлёта из Санкт-Петербурга, к дядюшке Виталику приехал седовласый и очень обходительный мужчина – по имени Сергей Николаевич…