– Проклятье, – выругался Ифер.

Покинув ее, сел рядом. Долго молчаливо смотрел на лежащую перед ним обнаженную красавицу. Лилиан боялась пошевельнуться, вдохнуть глубже.

"Дура набитая", – повторяла про себя.

– Зачем ты пришла? – наконец, мрачно протянул Люциан. – Ты не хочешь меня, – констатировал он.

– Нет, то есть да – я хочу, – пролепетала девушка. – Просто…немного…боюсь.

Его глаза еще минуту назад злые и холодные, неожиданно нежно скользнули по ее лицу. Поймали взгляд. Он ласкал Лили, не касаясь, только смотрел так, что источаемое его взором пламя разливалось у нее под кожей.

– Пожалуйста, – жалобно захныкала девушка. – Пожалуйста, возьми меня. Сейчас.

Не удостаивая ответом мольбу, он переместился к изножью кровати. Потянул ее к себе за лодыжки, разводя ноги в стороны. Склонился над ней, коснулся языком живота. Гладил бедра. Сладкий трепет овладел ею, опалил огнем, прогнал остатки страха.

Когда его губы притронулись к нежным складкам ее плоти, Лилиан застонала. Он поднял голову, торжествующе усмехаясь.

– Жарко, Лили?

– Да, – сумела выдохнуть она.

– Тебе еще страшно?

– Нет, нет, нет, – воскликнула девушка, выгибаясь ему навстречу.

– Тогда, полагаю, у меня получиться быть хозяином своих слов.

Лилиан уловила намек на облегчение в его голосе.

Он целовал и покусывал, дразнил и погружался языком, пока горячая волна экстаза не омыла тело Лилиан. Не дожидаясь пока затихнут стоны, Люциан вторгся в нее. Замер.

– Ты принимаешь меня, Лилиан? – хриплым от вожделения голосом спросил он. – Принимаешь?

– Да, о да, – не менее страстно ответила девушка, подаваясь ему навстречу и впиваясь пальцами в плечи.

– Скажи мне, – требовал он.

– Я принимаю тебя, Л…- любовник поцелуем заглушил звук имени на ее устах.

Огонь окутал их, сжигая и вознося пеплом к небесам, откуда тот спадал, кружась и вновь становясь ими – мужчиной и женщиной. Новый порыв пламени охватывал Люциана: он владел Лилиан, упиваясь ее покорностью, страстным приветствием и откликом на его ласки. Удовлетворение накрыло их, как лава извергшегося вулкана.

– Странно, Лили, – пробормотал он, переводя дыхание и накручивая на палец ее локоны. – Мне всегда приходиться сперва ублажить тебя. Ты ужасная эгоистка, глика му*.

Покраснев, девушка спрятала лицо в подушках. В молчании прошло довольно много времени. Лилиан так хотелось, чтоб он первым нарушил тишину. Сказал ей что-нибудь еще в своей небрежно-чувственной манере. Но мистер Лайт безмолвствовал.

– Люциан, – не оборачиваясь, сказала она. – Уже так поздно – мне, наверное, надо домой.

– Водитель отвезет тебя, когда будешь готова, – сухо ответил он.

– Моя одежда…- растеряно оглянулась на него Лилиан.

Он поднялся, почти отталкивая ее от себя. Недовольство сквозило в его жестах.

– Жди здесь.

Люциан вернулся с ее плащом, небрежно бросил его на край кровати.

– Машина ждет. До скорого, сладкая Лили, – коротко сказал он и покинул комнату не оборачиваясь.

У дверей стоял знакомый лимузин. Люциан не проводил ее, она вообще не слышала его присутствия в доме, когда спускалась вниз. Девушка села в машину, и та мигом тронулась с места. Горячие слезы обиды обожгли ее лицо.

"Дура набитая", – твердила она всю дорогу. – "Решила поиграть в Эмануэль, а у самой кишка тонка".

Стоя на террасе, Люцифер с кривой ухмылкой наблюдал, как торопливо сбегает по крыльцу девушка, которую он несколько мгновений назад нежил в своих объятиях. Прежде, чем скрыться в салоне его лимузина, Лилиан Карвер окинула взглядом дом. Люцифер заметил готовящиеся пролиться слезы и прикусываемые губы – неприятный холодок шевельнулся под его ребрами.

"Плачь, сладкая, плачь. Твои глаза в слезах так очаровательно поблескивают. А чего стоят твои мокрые реснички…Ух!", – прошептал он. – "Ты все же немного поспешила проявлять инициативу. Обещанный "следующий раз" еще не настал"

– – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -

*глика му – греч. сладкая моя

– Скорее бы оказаться в горизонтальном положении, – мечтала Лилиан, поднимаясь в лифте. – Надо же было вот так – хм! – набраться. Хорошо, что хоть хватило соображения взять отгулы. Свадьба подруги все же.

Раскрывшиеся двери прервали ее раздумья. Неловко ступая, она вышла в холл и направилась к своей квартире. Расшитая сумочка Луи Вютон упала на пол, едва девушка заметила сидящего на своем пороге мистера Лайта. На нем были темные брюки и черный шелковый свитер, красиво облегающий рельефные мышцы его рук и торса. Услышав ее задохнувшийся вскрик, мужчина поднял глаза. Блеск черных бриллиантов не шел ни в какое сравнение с его взглядом – даже каблучки ее туфель задрожали под столь пристальным вниманием.