— Сорняк — не путать, псих! И слушаться меня — и только! Ни шагу от меня — всё понял?

— Как скажешь, а прикажешь, гражданин начальника! Руки чешутся! Так бы и съездил по харям этим тупорылым санитарам! А лучше бы ногой по самому больному месту!

— Никак приставали?! — изумился Егор.

— Если бы, я их порвал, как сам мои ремни! Зубами бы кадык выгрыз!

— Да ты и впрямь псих! Тебе самое место в психиатрической клинике!

— На себя погляди — собрался воевать с психопатами!

На шумный разговор отреагировал некто, чуть приоткрыв дверь. В щели мелькнул глаз с носом из любопытства. В него — ноздрю — и воткнул дуло ГШ-18 сотрудник ФСБ.

— Пикнёшь — пристрелю!

Вместо этого послышался иной внутриутробный звук провокационной направленности.

— Засранец! — ухмыльнулся псих.

Фомин распахнул дверь настежь. Перед ним предстал дежурный психиатр, поскольку дело было уже к вечеру, то он здесь за главного. Хотя как взглянуть, если учесть статус залётного гостя.

— Я забираю его у вас, — кивнул он на психа, довольно выглядывающего из-за спины.

— Не делай этого, сопляк, — выдал психиатр. Зря. Эта была, пожалуй, его главная оплошность.

Егору надоело неуважительное отношение к себе, как к сотруднику ФСБ и он решил проявить себя во всей красе.

— Это не обсуждается! И никаких претензий на сей счёт не принимается! Он больше не в вашей юрисдикции!

— Тогда документ гони!

— Да пристрели ты яво, ить отстрели чаво ни того… — подал голос свидетель.

— Заткнись, псих!

— Признаёшь ошибку, сопляк? — не унимался психиатр.

Его и взял Фомин в заложники, понимая: иначе за пределы психиатрической клиники не выбраться.

Охранник на КПП ошалел, когда узрел, что происходит.

— Руки в небо! И раскрытыми ладонями ко мне! — рявкнул в приказном тоне Егор.

— Делай, что он говорит, — смирился психиатр с незавидной участью заложника.

КПП осталось позади. Гость с пациентом минули его без особых проблем.

— Ура-Ра-А… — разорался псих.

— Ты чего кричишь? Т-с-с! Тихо… — настаивал Егор на тишине.

Псих не послушался. А зря. Кто-то караулил его здесь — точнее их. Последовало появление силуэта некоего мрачного типа, выскользнувшего из тени и…

"Вспышка!" — подкинуло сознание Фомину, прежде чем он погрузился в кромешную тьму, продлившуюся всего ничего, но её ему хватило. И вновь очередной всплеск пламени, но уже за спиной. Оглянулся мельком назад. КПП поглотил огненный взрыв, напоминая по форме ядерный в миниатюре.

И новая вспышка, исходящая от незнакомца-террориста. Снова едва успел увернуться каким-то чудом. Иное в лице психа бросилось в кусты, укрываясь поспешно за ними. Но тщетно. Растительность в следующее мгновение испарилась. В зарослях образовалась гигантская проплешина, куда устремился незнакомец, преследуя свидетеля преступления.

Егор уже держал его на прицеле, выстрелил по ногам. Последовал одиночный выстрел. О предупредительном в воздух и речи ни шло, он бил исключительно на поражение, но с минимальным риском для здоровья, возникшего из неоткуда противника. Толку — всё без толку. Пуля даже не достигла его. А затем иная, и все прочие из обоймы.

— Да что это такое!? — было невдомёк ему, с кем столкнулся. — Какой-то неуязвимый! Прям пуленепробиваемый!

Пожалел, что не имеет гранаты при себе, схватился за "Пернач". И вновь полетела короткая очередь пулями калибра 9-мм. И снова хоть бы хны. Преследователь психа даже не удосужился обернуться на него, словно намеренно игнорировал, как какого-то назойливого паразита, и, веря: после прихлопнет, едва разберётся с психом.

— А чтоб тебя-А-А… — кинулся Егор вдогонку за беглецами.

Психиатр почувствовал себя на какое-то мгновение психопатом. То, что твердил ему при встрече в клинике псих, оказалось сущей правдой, а он не верил. Хотя и теперь даже узрев всё воочию, считал обманом зрения.

— Мои глаза-А-А… — кричал он не столько от боли, сколько обиды. В одночасье ослеп. Поэтому не видел того, что происходило дальше, иначе бы окончательно рехнулся, сменив место врача на ложе пациента в собственной клинике.

Охраннику повезло меньше. Он и подумать не мог, что пуля окажется столь мощным взрывным устройством, а тем более с ядерной начинкой. Обгорел, отлетев от места взрыва на пару-тройку метров, и сейчас висел обмякшим телом на заборе с колючей проволокой, стараясь собрать расползающиеся из утробы внутренности.