Маг не успел ни сменить курс, ни попытаться пробить неожиданную преграду. Смог только выразить своё невысокое, но многоэтажное мнение по поводу гостеприимства хозяев корабля, пока вся их компания кувырком катилась по куполу водного щита.

Вода привела Воса в чувство, и он спешно избавился от жалких остатков крыльев. Но ситуация оставалась опасной, только Владимир мог позаботиться о себе сам, в руках — бессознательная женщина, за плечо цепляется испуганный ребёнок, никогда в жизни не оказывавшийся в воде с головой. Сейчас мальчишка отойдёт от шока, и начнётся самое страшное…

Корабль прошёл совсем рядом, но ухватиться была нечем — да и не за что, выпуклое днище от специальных заклинаний приобретало дополнительную крепость и гладкость хорошего стекла.

Вос изогнулся, разворачиваясь головой к поверхности, и заработал ногами, стремясь скорее подняться. Владимир отцепился и принялся что-то наколдовывать, но в этот момент и второй мальчишка оттолкнул мага и беспомощно забарахтался. Позже этот момент вспоминался, как один из самых страшных в жизни мага — он сумел вынести ребёнка из враждебного Фаргона, а сейчас вынужден был выбирать, кого из двух подопечных спасать. И это в тот самый момент, когда он, повелитель воздуха, уже начинал задыхаться в чужой стихие.

Когда их барахтающуюся компанию вдруг охватило мощное водное заклинание, Восу даже показалось, что это работа Владимира. Собранные в сеть водные струи рывком выдернули их на поверхность, позволив отдышаться, и потащили к кораблю, замершему невдалеке. Так рыбаки вытягивают улов.

Магу пришлось сделать серьёзное усилие, чтобы промолчать, когда он увидел сосредоточенное лицо Рисаны, управляющей сетью. Будь он один, мог бы заподозрить, что его выкупали с умыслом, но даже самая склочная женщина не станет подвергать опасности детей.

Маг даже сам выбрался на палубу, предоставив Капитану втаскивать на борт детей и Литию, но ни на что большее его уже не хватило. Даже стоять сил не было — пришлось сесть, опираясь спиной на мачту. И смотреть, как Владимир нетерпеливо выворачивается из объятий и начинает обмен ритуальными фразами. Как второй мальчишка, едва придя в себя, начинает планомерное обследование "Следа". И как озабоченно хлопочет едва не утопившая их помощница вокруг Литии.

— Как в Фаргон?! Там же враги! И мама?! — Испуганный возглас Владимира привлёк внимание, но Вос не успел даже разволноваться, как следует.

Высокая волна едва не захлестнула речное судёнышко, и предмет разговора сама шагнула прямо из волны на палубу. И грозный воин, почти собравшийся мчаться обратно в захваченный город и спасать маму от гнусных лап огненных мастеров, с радостным визгом повис у Сидоны на шее, ненадолго забыв о достоинстве наследника.

Вос ещё успел увидеть мучительную зависть второго мальчишки, явного сироты, и решил как можно быстрее придумать имя для бедняги. И стоит ещё уточнить, что за ритуал проводят при именовании.

Пожалуй, это была последняя связная мысль мага. Дальнейшие события равно могли быть снами и реальными событиями. Вроде бы, Сидона строила целую систему заклинаний вокруг Литии, и он, вроде бы, даже давал советы. Должно быть, дельные, раз не нарвался на грубость. То ли раз, то ли два ему совали миску с чем-то рыбным, наваристым. Ещё разок кололи вену — пострадавшей требовалось переливание крови, и Сидона брала пробы у всех, умница, не забыла проверить на группу. А вот философские разговоры с дельфином, наверняка, просто сон. Конечно, от водных можно ожидать всякого, но дельфин, ставший вегетарианцем из соображений гуманизма, скорее всего, порождение его нездоровой фантазии.

Плыть по бурной Дуоне — совсем не то, что по тихому лесному озеру, где он учился плавать. Синорус здорово наглотался воды, особенно в первые минуты, когда приходилось нырять раз за разом, а река, казалось, готова была вскипеть от жара, обрушенного на неё разъярёнными мастерами.

Течение тащило человека, не позволяя приблизиться к берегам, пловца знобило от множества ожогов, да и несколько колотых и рубленых ран не доставляли удовольствия, но сегодня ничего не могло омрачить настроение мага.

Он смог! Он сражался на пристани, и Гильдия потеряла ещё двоих мастеров, не считая наёмников. Теперь никто не назовёт его трусом. И Литии он смог помочь… Во всяком случае, не дал сбить Воса.

Теперь бы ещё на берег выбраться…

Он многое понял, возмужал, и теперь знает, что сказать наставнику и как жить дальше. И признается, наконец, в своих чувствах Литии.

Но для начала надо справиться с одной проблемой — выбраться из реки. Проклятая Дуона с её бешеным течением! Неужели придётся плыть до самого океана?!