–  Я обыкновенная, Арилан, - улыбнулась девушка.
– И в том, что случилось, виноваты мы оба.

–  Обещаю, что я никогда тебя не брошу, никогда не разлюблю! Зара, один раз ты обожглась, но ведь из-за этого не нужно ставить на себе крест!

–  А я и не ставлю.

Она обернулась, посмотрела на стены и шпили Старого города.

Арилан, конечно, влюбленный юноша, но в его словах есть доля правды. Может, не стоит так в штыки принимать его ухаживания? Ей не противны его прикосновения, она что-то к нему испытывает... Но было одно 'но': Заре не хотелось его обманывать, дарить ложную надежду. Он так торопит события, сегодня чуть предложение ей не сделал!

Воспользовавшись минутами ее задумчивости, принц перебрался на корму и обнял девушку.

–  Давай попробуем, а?
– прошептал он, щекоча дыханием ее ухо.
– Если не получится, если ты не сможешь, я не стану настаивать.

–  Ты уже настаиваешь и чего-то от меня требуешь. Арилан, найди себе другую девушку.

–  А я не хочу другую, я хочу тебя! Ту, с мыслями о которой я засыпаю.

Его объятия стали крепче, губы практически касались ее кожи.

–  Арилан, сядь за весла. Пожалуйста!
– она осторожно разжала его пальцы.

Молодой человек неохотно подчинился, вернулся на место, но от этого Заре легче не стало: принц не сводил с нее взгляда, красноречиво свидетельствовавшего о его чувствах. Пылкий, горячий он скользил по ее лицу, все чаще останавливаясь на губах, а потом и вовсе на несколько мгновений спустился ниже. Девушка даже задумалась, какого рода сны с ее участием сняться юному Сеговею. Размышления на заданную тему, заставили покраснеть кончики ее ушей, и она поспешила уверить себя, что там все пристойно.

–  Арилан, перестань на меня смотреть: ты меня смущаешь.

–  Но это единственное, что ты мне не запретила.

–  Какие же вы, мужчины...

–  Какие?
– с живостью подхватил он.

–  Бесстыжие.

–  Зара, я ни о чем таком не думаю, поверь, я просто любуюсь и хочу прикоснуться... Специально для тебя: прикоснуться -значит обнять и гладить твои волосы. А ты что подумала?

–  Всякую чушь, - улыбнулась девушка.
– Арилан, давай договоримся: ты не станешь утомлять меня своими жаркими признаниями в любви, а я взамен разрешу тебе иногда меня обнимать и целовать в щечку. По-дружески.

–  Согласен. А я так боялся, что ты меня прогонишь, - тихо добавил он.

Обстановка разрядилась, и остаток вечера они провели за непринужденной дружеской беседой. На прощание принц даже не предпринял попытку снова ее поцеловать.

На следующее утро Зара с волнением вошла в приемную,

w rj w

гадая, что же хотел поручить ей начальник. За прошедший год Нубар ни разу не давал ей персональных заданий, текущая же работа распределялась одним из его помощников. И тут вдруг... Она жутко боялась, что не справится.

Нубар Эрш задерживался, и девушка в ожидании присела на диванчик. В приемной она была не одна: у стола Аделины стоял Каран. Секретарь только что налила ему чашку чая и теперь активно строила глазки этому симпатичному блондину.

Зара поздоровалась с коллегой.

–  Надо же, и Вы здесь?
– искренне удивился он, на время потеряв интерес к Аделине.
– Эрш тоже Вас вызвал?

Девушка кивнула, догадываясь, что им поручат совместное задание.

Каран был немногим старше нее, обаятельный и открытый с виду, он славился тем, что мог втереться в доверие кому угодно. У Зары с ним сложились хорошие отношения, и она радовалась, что работать придется не с Хроносом, не упускавшим случая, чтобы не сделал ей двусмысленный комплимент. Зато ловелас-Хронос нравился Ри, у которой с ним был роман. Парочка открыто, на глазах у всех, целовалась в коридорах, что не могло не вызывать общественного недовольства. После того, как второй помощник сделал им замечание, пригрозив выговором за аморальное поведение, они стали вести себя тише, перейдя на будто случайные прикосновения и обмен взглядами.

Внезапно словоохотливая Аделина замолчала и придала лицу серьезное выражение - значит, услышала шаги начальства. Так оно и есть - через минуту в приемную вошел Нубар Эрш, вежливо поздоровался с присутствующими и попросил Зару с Караном зайти к нему.

–  Ну, что ж, вы, наверное, засиделись в пыльных архивах?
– издалека начал он, усевшись за стол и мельком взглянув на утреннюю почту, принесенную секретарем.
– Так и астму заработать недолго! Вечные бумажки, бесконечные отчеты, сводные таблицы... Признайтесь честно, надоело ведь?

Каран неопределенно пожал плечами, Зара предпочла не отреагировать вовсе, терпеливо ожидая, что последует за прелюдией начальника.

–  Если уж я ненавижу эти бумажки, то вы и подавно. Но, что

поделаешь, их тоже должен кто-то составлять! Кто что будет: чай, кофе? И как Ваша мать, Каран, смена климата пошла ей на пользу?

–  Да, сеньор Эрш, ей уже значительно лучше. Мне, пожалуй, кофе.

–  А Вам, Зара? Ах да, Вы же любительница мятного чая! Или по утрам Ваши привычки меняются? Зара, что Вы так на меня смотрите?
– в глазах графа заплясали искорки смеха.
– Я, кажется, не диковинное животное, или я чего-то в спешке не заметил? Если так, скажите, буду крайне Вам признателен.