— Ты кому-нибудь звонила? — спросил Джеффри.

— Что? — переспросила та, хмуря брови. Она, видимо, приготовилась к совсем другим вопросам, и этот ее явно удивит.

— Когда прибыла сюда, ты кому-нибудь звонила по своему сотовому?

— У меня нет сотового.

— Да неужели? — не поверил Джеффри. Он-то полагал, что единственный человек в Гранте, у которого нет мобильника, — это Сара.

— Ты разве не знаешь, сколько мне платят? — усмехнулась Лена. — Едва на еду хватает.

Джеффри сменил тему:

— Я слышал, ты нашла шприц.

— Нам позвонили примерно полчаса назад, — заученно протараторила Лена, и он понял, что она репетировала этот ответ. — Я вошла в комнату, дабы убедиться, что этот тип действительно мертв. Пульса не было, дыхания — тоже. Тело на ощупь уже было холодным. И тогда я обнаружила шприц.

— Спасибо за помощь, — съехидничал Фрэнк. — Обнаружила шприц и решила, что очень нам поспособствует, если поднимет его.

Джеффри уставился на Лену и сказал скорее утвердительно, чем вопросительно:

— И разумеется, на нем отпечатки твоих пальчиков.

— Да, наверное.

— И ты, конечно, не помнишь, к чему еще тут прикасалась?

— Конечно.

Джеффри, еще раз заглянув в комнату, снова повернулся к Лене:

— Может, расскажешь, как отпечаток ботинка твоего дружка оказался тут на полу?

Она, кажется, вовсе и не удивилась — наоборот, даже улыбнулась.

— А ты разве не знаешь? Это ведь он обнаружил тело.

Джеффри оглянулся на Фрэнка, и тот кивнул.

— Как я слышал, ты уже пыталась его допросить.

Она пожала плечами.

— Фрэнк, давай его ко мне.

Фрэнк ушел, а Лена отошла к окну, выходящему на лужайку перед общежитием, замусоренную донельзя: тут и там валялись бумажные обертки и окурки, возле решетки для велосипедов сложены горкой пивные банки.

— Вид такой, словно накануне здесь здорово повеселились, — заметил Джеффри.

— Надо думать.

— Может, этот парень, — он кивнул в сторону Скутера, — немного перебрал?

— Может быть.

— Кажется, у вас в кампусе наркотики уже стали настоящей проблемой.

Лена повернулась и посмотрела ему в глаза:

— Вероятно, тебе следует поговорить об этом с Чаком.

— Ага, он ведь всегда в курсе всех дел, — саркастически заметил Джеффри.

— Поинтересуйся, где он был в этот уик-энд.

— На турнире по гольфу? — предположил Джеффри, припомнив первую полосу газеты «Грант обсервер». Похоже, Лена намекает, что Алберт Гейнс может легко взять его в оборот.

— И почему ты так настроена против меня, Лена? Почему все делаешь наперекор и что от меня скрываешь?

— Вон твой свидетель явился, — сказала она. — А я лучше пойду проинформирую своего босса.

— К чему такая спешка? Боишься, что он опять тебя ударит?

Лена сжала губы и ничего не ответила.

— Ты останешься здесь, — приказал Джеффри, не оставляя ей другого выбора.

Итан Уайт шел по коридору в сопровождении Фрэнка. Он по-прежнему был одет в свою обычную футболку с длинными рукавами и джинсы. Волосы еще влажные, на шее болталось полотенце.

— Душ принимал? — поинтересовался Джеффри.

— А как же, смывал улики, после того как придушил Скутера, — насмешливо ответил Итан, промокая уши уголком полотенца.

— Звучит как чистосердечное признание, — заметил Джеффри.

Итан бросил на него острый взгляд.

— Я уже беседовал с этой свиньей, — заявил он, глядя на Лену. Та смотрела на него во все глаза, еще больше нагнетая напряжение.

— Ну теперь расскажи все это мне. Ты ведь на первом этаже живешь? Зачем тебя занесло сюда?

— Мне нужно было забрать у Скутера один конспект.

— По какому предмету?

— Молекулярная биология.

— В какое время это было?

— Не помню. Отнимите пару минут от того часа, когда я позвонил ей.

Тут вступила Лена:

— Я была в офисе. Он звонил не мне — я просто случайно ответила на звонок.

Итан стянул концы полотенца.

— Когда они явились, я ушел. Это все, что я знаю.

— К чему прикасался?

— Не помню. Я здорово разнервничался — такое не каждый день бывает, чтоб наткнуться на своего однокашника, который валяется на полу мертвым.