– А вот и госпожа Тёмная пожаловала, Прометей сходи к ней, пожалуйста, возьми её часть, - попросил Док.

Тёмная застыла в километровом удалении от нас, правда голову попустило. Вернулся Прометей в сопровождении химер и поставил перед нами очередной контейнер.

– Ну, вот и всё, мы собрали все части. Пожалуй, начнём – сказал Док, открывая все контейнеры и передавая мне перчатки.

– Почему мне,- отбрыкивался я.

– Да потому что ты их уже одевал и тебя они признали, Творец безмозглый.

 Делать было нечего, перчатки я одел.

– Ну, и что дальше?

– Собери все части вместе на ладонях, как в короне.

Но «луковицы» не держались вместе, они вываливались и падали на землю.

– Они маленькие, - сказал я в сердцах, сетуя на свою неуклюжесть.

– Их нужно подрастить, покормить, - уточнил Прометей.

– Кормить, это мы запросто,- сказал я, радуясь неожиданной подсказке.

Я взял свой рюкзак, достал нож и банку сгущёнки, открыл и начал пить её.

– Нашёл время для еды, - прошипел Сокол, - а на меня всё говорил.

 Док махнул на него рукою, молчи, мол.

 Набрав полный рот сгущенки, я снова уложил «луковицы» в ладони и обильно полил каждую из них. Прошло секунд пять, поверхность на них зашипела, раздался негромкий щелчок, и все они одновременно выросли вдвое. Они коснулись своими боками пальцев и те выпустили перепонки, образовав подобие чаши. «Луковицы» зашевелились и начали вращаться внутри, увеличиваясь в размерах и плотно соприкасаясь в средине. Корона сама сошла с моих рук и застыла в метре от земли. Артефакты продолжали своё вращение. Кто-то дёрнул меня за пояс, двумя руками. Я осмотрелся вокруг, никого. На животе вздулся комбинезон, в месте, где лежали «сердца». Не раздумывая, я достал их с контейнера и положил под корону. Они взлетели к ней и начали вращаться вокруг. Скорость вращения увеличивалась и начало появляться золотистое свечение.

– Всем в укрытие – скомандовал Док, и мы быстро отбежали метров на сто.

 Свечение перешло в яркий свет и окончилось сильной золотой вспышкой, которую я наблюдал сквозь закрытые глаза. В полной тишине, мы увидели золотое яйцо, висящее на месте короны. Оно было живое, я это чувствовал.

– Вот вам и ответ на извечный вопрос, - пошутил Сокол, - яйцо или курица. Оказывается ЯЙЦО.

– Домой, - пронеслось у меня в голове.

Я повернулся к Доку, он кивнул, подтверждая услышанное.

– Портал, - снова тот же голос.

– Так, всё понятно, - произнёс я вслух, направляясь к Зародышу.

 Я, взял его руками и бережно поместил в наш ящик.

– Прощай – сказал я, закрывая стенку, - береги себя.

Бюргеры подняли ящик над электрой, и я выстрелил из гранатомёта в ящик. Яркая вспышка озарила всё вокруг, а затем пришёл голос:

– УРОВЕНЬ ПРОЙДЕН, ВЫ МОЛОДЦЫ. ХОХОЛ ТЫ ТВОРЕЦ. ТВОЁ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНЕННО.

В растерянности я смотрел по сторонам, наш ящик лежал на земле, электра исчезла, а возле него суетились химеры.

– Темно, страх…, где ты, - совсем другой голос зазвучал в моёй голове.

 Я подошёл к ящику, и открыл его. Внутри лежал голубой комочек, детёныш химеры.

– Мяу, - вскрикнул я, подхватывая его на руки.

– Р-р, - ответил он.

– Р-р так Р-р, - на радостях согласился я.

– Еда, - снова раздался голос.

– Сейчас, опомнился я и начал доставать очередную банку сгущёнки.

 Набрав полный рот, я бережно покормил моего Р-р. Рядом стояли химеры.

– Он мой, но нянькой возьму тебя, Хромоножка.

 К контейнеру приделали лямки, кто-то дал свитер на подстилку, и Р-р удобно разместился в нём.

– Как всё-таки хороша жизнь – вслух произнёс я, глядя на своих друзей. А разве без них выдержишь достойно, такие испытания?

Друзья стояли вместе.

– Послушай – сказал Прометей, - из него энергия так и «прет».

– Как с полного кувшина с горкой, - добавил Док.

– Ну, Творец, поздравляем, - донёсся до меня незнакомый голос.

 Из двух образовавшихся голубовато белых сфер, вышли худощавый мужчина в возрасте и молодая девушка.

– Позвольте представиться, Творец, Габриель Аронович Исаев.

– Святой, - добавил подходящий к нам Доктор с компанией.

– А это, мой сын, Максимилиан.

 -Дочь Максим, - уточнила она. Неужели, я дождалась признания нашего родства, папа. Ради этого стоило жить и страдать, - с пафосом продолжила девушка.

– Так сын или дочь, - пытался выяснить непонятливый Семецкий.

– Да оно, это, пи…., извините, тот гей с анекдота, который, всё-таки, дошёл до Монолита, и его желание у нас всех перед лицом, - язвительно вставил Меченный.