— Я понимаю тебя, — пробормотал Эриг.

Яр глянул на доктора, будто не расслышав его слов. Но переспрашивать не стал, стукнул себя кулаком по колену, вскинул голову:

— Я признаю себя выродком. Но я не чувствую своей вины. Система несправедлива, вот что я хочу сказать. И я не собираюсь больше терпеть несправедливость. Мне надоело быть жертвой. Я хочу жить на своей родине, хочу есть нормальную еду, спать на чистом белье, мыться два раза в день, ходить в рестораны и клубы, смотреть новый сезон «Команды D.O.D.», валяться на диване и хохотать над шутками Камеди Тисса. Я уважаю все то, что пытался создать здесь Айван. Но меня тянет назад. Как и вас всех — только вы боитесь в этом признаться. — Яр махнул рукой в сторону деревенских крыш. — У меня есть грандиозный план, док. Он пугает меня, но я постоянно о нем думаю. — Яр наклонился вперед, понизил голос до шепота. — Я хочу, чтобы однажды все мы — все такие, как мы, — вернулись в город. Я думаю, мы сумеем себя защитить. И я хочу развязать войну. Войну с хурбами.

Доктор открыл, было, рот, собираясь что-то сказать, но, кажется, не сумел подобрать нужных слов. Выглядел он как выдернутая из воды рыба.

— А еще я хочу найти как можно больше выродков, — признался Яр. — Таких, как я. Собрать их в одном месте, защитить, изучить. Мне кажется, нечто подобное планировал Гнат. И я почти уверен, что нас много. Вот Лера, например, — она очень похожа на меня, я чувствую в ней какую-то особенную силу. И у нее скоро родится малыш: мой ребенок и ее — какой он будет?.. Мы не одни такие, я в этом почти уверен. Возможно, именно мы, городские выродки, — будущее человечества. Новый этап в остановившейся истории. Прорыв. Скачок в эволюции, о котором ты рассказывал… Как знать, может быть, именно мы создадим что-то новое, что-то свое… — Глаза его затуманились на мгновение. Он глянул на небо, на поднявшееся солнце и разжал кулак, в котором грел подобранный камень-окатыш. Сказал заговорщически: — Смотри, док, чего покажу.

Секунд двадцать он держал камень на раскрытой ладони и буравил его взглядом. А потом шумно выдохнул и резко опустил руку.

Камень остался висеть в воздухе.