– Не такой я дурак!
– сердито бросил он.

Потом вошла Мег и улыбнулась нам обоим. Она себе радовалась, и даже если и чувствовала что-то в воздухе, то никак не показывала.

– Истинное удовольствие, - сказал я, - познакомиться с мистером Хаддлом. Я пока знаю не так много народу в бассейне реки Сан-Хуан и просто сгораю от нетерпения расширить круг своих знакомств.
– Я окинул его взглядом и улыбнулся.
– Я так понял, что вы связаны с семейством Даннов. Душевные соседи, - продолжал я.
– Ну как же, как-то ночью, когда мы гнали сюда скот, они целой компанией поджидали нас в темноте много часов, чтобы не прозевать момент и вовремя помочь нам его гнать. А мы даже не были толком знакомы. Вот это я называю соседи, - с чувством обратился я к Мег, а по-вашему как?

– Я не слышала об этом...
– Теперь она смотрела с опаской. Что-то до нее начало доходить, и я знал - она сейчас вспоминает, что я говорил про Верна Хадди. А он, ко всему, еще и не умел скрывать свои чувства. Слепой бы углядел злость у него в лице.
– Но я сказала бы, что это было очень мило с их стороны.

– Вот и я так думаю. Особенно, знаете ли, если учесть, что мы их даже и не знали. Их двадцать человек, а то и больше, ждали в темноте, все им не терпелось сделать нам сюрприз этой своей помощью. Правда, мы уже успели нанять несколько индейцев себе в помощь, так что нам оставалось только выразить им глубокую признательность и бежать дальше по своим делам.

Росситер сидел и слушал, не говоря ни слова и не пропуская ни слова.

Он был не дурак и слышал всякие разговоры, которые ходили по округе. Да и факты были вполне очевидные. Мы, Сэкетты, пригнали сюда скот, большое стадо и хороших пород, и проявляли явные намерения поселиться здесь.

А Данны срубили пару хижин, но больше ничего не делали, никаких усилий не прилагали, чтобы обустроить свою землю.

– Мы собираемся строиться, - говорил я Мег, - и на "постройку амбара" ("Постройка амбара" - американский обычай, коллективная помощь соседей фермеру в строительстве; сопровождается едой и выпивкой.) весь здешний люд соберем.
– Мы, Сэкетты, здорово поем... я не про себя говорю, я в этом не силен, разве что сам для себя пою, когда еду на спокойной лошади... но остальные - будь здоров! Предки наши были валлийцы и ирландцы, и мы привезли любовь к песням с собой. Мы будем праздновать "постройку амбара", новоселье - и петь. Среди нас и скрипачи есть, мы любим весело провести время. Ну, сам-то я человек скучный, серьезный, я и двоюродный брат мой, Тайлер, я бы сказал, но вот Галлоуэй - он весельчак, настоящий весельчак!

– Я так люблю вечеринки!
– сказала Мег.
– Но, сколько мы здесь, еще никто ничего не устраивал. Думаю, тут просто слишком мало людей.

– Мэм, на западных вечеринках недостатка в народе не бывает. Я видел, как ковбои приезжали за шестьдесят-семьдесят миль, только чтобы поглядеть на хорошенькую девушку, не говоря уж о том, чтобы потанцевать с ней, а вы, мэм, уж конечно самая хорошенькая!

Ну, я ведь уже признал, что не мастак говорить девчонкам всякое такое. У меня язык не очень-то подвешен, и вообще, но когда я там сидел напротив этого Верна Хадди и успел уже малость проехаться насчет его, я вдруг как-то развязался, и язык у меня заработал, как у Галлоуэя или еще кого. Может, это я от возбуждения. Я, бывало, пускал в ход оружие, но мне никогда не случалось выследить человека и хладнокровно его пристрелить. Я пускал его в ход, чтобы защитить свою жизнь или имущество и когда меня к этому принуждали. А мистер Хадди, как мне кажется, вряд ли способен встретиться с человеком лицом к лицу.

Мег выглядела удивленной и довольной, но, кажется, поверить не могла, что это я тут сижу и такие разговоры разговариваю. Да я и сам не очень-то верил.

– Приятно, что сюда приезжают новые люди, мистер Хаддл, - сказал я. Очень тут нужны такие люди, которые могли бы помочь обустроить эти места, сделать их поудобнее для жизни. Я предвижу такие времена, когда у нас тут появятся школы, церкви и приюты. Я полагаю, вы горноразведчик, старатель?

– Нет, - Верн Хадди поднял взгляд и посмотрел мне прямо в глаза.
– Я собираюсь войти в скотоводческое дело.

– Ну и шутник, - бодро так говорю, - а я-то принял его за старателя! Он сегодня облазил всю Лысую гору, расшибался об скалы, ломился через кусты... Конечно, он что-то искал, и, конечно, не скот.

Ел он что-то безо всякого аппетита, а у меня аппетит просто разыгрался. Мег действительно умела готовить, она прямо молодчина была в этом деле, и я отдавал должное ее стряпне.

После ужина Хадди поднялся.

– Прошу меня извинить, но я должен вас покинуть.

Он был малость скованный и здорово сердитый.

– Тогда, думаю, мне тоже лучше уйти.
– Я глянул на Мег.
– Знаете, мэм, тут, случалось, постреливали в темноте, вот я и думаю, что будет лучше, если мы поедем вместе. Никто не захочет начать стрельбу по двоим сразу.

– О!
– Она была разочарована.
– Вам необходимо уйти?

– Мистер Хадди может остаться, если желает, - вежливо говорю я.
– А мне пора уже отправляться в путь.

Он, конечно, вовсе не хотел оставаться тут после моего ухода и дать мне возможность устроить на него засаду где-то по дороге или выследить, куда он там собирается. Так что мы вышли вместе.

Росситер и Мег пошли нас проводить. Он пожал мне руку.

– Рад был повидать тебя, Сэкетт, - сказал он.
– Заезжай в любое время.

А на Хадди только глянул.

– Спокойной ночи, мистер Хаддл, - сказал он, и я хихикнул про себя. А потом они с Мег ушли в дом.

Верн Хадди развернул лошадь и потянулся к револьверу. Но моя пушка уже глядела прямо на него.

– Умерьте пыл, мистер Хаддл, - сказал я, - существует же обычная вежливость. Никогда не стреляйте в кого-нибудь во дворе у человека, который вас только что принимал.