– На окраине города есть пекановая роща. Я приеду туда… через час, а вы пройдитесь по магазинам и ждите меня там.

Велт Спайсер заколебался.

– Вы уверены, что мы не понадобимся? Я слышал, что в городе полно Мансонов.

– Уверен. Будьте в роще к моему приходу.

В маленьком ресторанчике на окнах висели белые занавески, а на столах лежали белые хрустящие скатерти и салфетки. Легкой походкой Мэди вошла в зал через минуту после прихода Тэпа, и, заметив его, засияла.

– Не поверите, – сказала она, – я всю жизнь прожила рядом с Викторией, а обедаю здесь всего второй раз.

Он задумчиво посмотрел на нее. Сегодня она была необыкновенно хороша. Мэди, наверное, из тех девушек, подумал Тэп, которые любят компанию, развлечения и поездки. Да, такой тяжело сидеть на ранчо.

– Но ваша семья часто наведывается в город, – возразил Тэп. – Где же вы обедаете?

– Мы берем еду с собой, а иногда обедаем у друзей. – Она взглянула на него, и голубые глаза ее наполнились негодованием. – Вы здесь недавно, майор, и не успели еще узнать, что с наличными деньгами в Техасе сейчас плохо. У моего отца скота больше, чем у кого-либо другого в окрестностях Виктории, а наличных денег у него почти нет. Для того чтобы съездить в Новый Орлеан, мне пришлось отказывать себе во всем и откладывать каждый цент. И это вовсе не означает, что мой отец – бедняк, просто в Техасе все так живут.

Мэди выглядела очень несчастной, и Тэп задумался, любит ли она Тома Киттери. Том, несомненно, принадлежал к тому типу мужчин, которые нравятся женщинам. Он был высок и хорошо сложен, держался уверенно, легко сходился с людьми. Его семья имела обширные владения в западном Техасе, и, если бы не кровная вражда с Мансонами, Том был бы богат, во всяком случае, не беднее Коппингенов.

Однако всего этого Мэди, казалось, мало. Она хотела жить в большом городе и предаваться всем тем удовольствиям, из которых, по ее мнению, и состоит городская жизнь. Поездка в Новый Орлеан только раздразнила аппетит, но она была настолько короткой, что девушка не успела ничего понять и по-прежнему не хотела расстаться с иллюзией, что жизнь в городе – сплошной праздник. Мэди не подходила Тому Киттери, уроженцу Дикого Запада, который по складу своего характера мог жить только здесь.

– Города совсем не такие, какими кажутся вам, – осторожно заметил Тэп. – Большинство горожан и понятия не имеют о том, что вы считаете удовольствием и развлечением. Мне кажется, что жизнь здесь гораздо интереснее, лучше, чище, чем в большом городе.

Они продолжали болтать в том же духе, и Тэп, помимо своей воли, был вовлечен в разговор о Нью-Йорке и Вашингтоне, Ричмонде и Чарльстоне. Время пролетело незаметно. Прошло больше часа, прежде чем Тэп наконец распрощался с Мэди и добрался до рощи, где уже его ждали обеспокоенные товарищи.

Из разговора с Мэди майор понял две вещи: Мэди любит Тома, но разрывается между желанием стать его женой и стремлением навсегда уехать из Техаса. Мэди не верит, что Том победит в кровавой вражде. Она одержима мечтой, чтобы он забрал ее и уехал в какой-нибудь город, где они могли бы жить спокойно и счастливо. Сама по себе вражда не очень беспокоила ее.

У Тэпа создалось впечатление, что Мэди обо всем судит с чужих слов. Кто же внушил ей мысль, что Том не сможет победить в семейной распре, – ее отец? Или кто-нибудь еще? Интересно, а знает ли Том, что Коппингены не верят в его победу над врагами? Или о том, что среди них, а может быть, и среди друзей Тома есть человек, предавший его?

Опытный военный, Тэп не сомневался, что вчера кто-то сообщил Мансонам о том, что он и его товарищи отправились в Рефьюджио и вдогонку им послали своих людей. Как иначе можно объяснить тот факт, что преследователи чуть не загнали лошадей? Только благодаря чистой случайности Мансонам не удалось убить никого из них.

Доброжелательного и в общем-то открытого Дюварни жизнь научила не слишком-то доверять людям. Только очень немногие обладают сильной волей. В основной же своей массе человек слаб. За время службы на границе, где ежечасно подвергаешься опасности, сила и слабость характера проявляются самым неожиданным образом и порой в самое неподходящее время. В условиях войны трудно скрыть недостатки характера, которые в более благоприятных условиях могут никогда и не проявиться.

«Тома Киттери предает кто-то из его ближайшего окружения, из тех, кому он безоговорочно доверяет. Попробую не спеша проехать той дорогой, по которой мы добирались сюда, и тщательно изучу следы, прежде чем делиться с кем-то своими подозрениями», – подумал Тэп.

Возвращаясь в лагерь, Дюварни старался рассчитать каждый свой шаг, пытаясь угадать, какие действия предпримет противник, и соответственно спланировать свои. «Будем делать то, чего Мансоны никак от нас не ожидают, постоянно сбивать их с толку», – решил он.

Когда майор спешился, Том Киттери, сидевший у костра, встал и подошел к нему.

– Начинаем перегонять скот в Канзас послезавтра, – сказал Тэп.

Присев у потухшего костра из корней мескитового дерева, от которых остались одни угольки, майор дал последние указания.

– На рассвете свертывайте лагерь и отправляйтесь на остров Матагорда. Соберите стадо и двигайтесь на юг. Начните отсюда. – Он нарисовал на земле примерный план острова. – Потом переправьте стадо через залив вот сюда.