– О да. А что ты собираешься использовать вместо денег? – поинтересовался Сандро.

– Черт тебя побери! Ну почему тебе вечно все нужно испортить?

Он посмотрел вперед, так как они подошли к еще одной двери, которую Сандро открыл. Оттуда хлынул яркий солнечный свет. Его оказалось достаточно, чтобы рассмотреть друг друга.

– О боже!

– Господи!

Оба мужчины уставились на лица друг друга с недоверием. Сандро протянул руку и коснулся кожи Талискера.

– Все еще болит, – пожаловался тот и тут же расплылся в широкой улыбке. – А ты всегда был симпатичным парнем, а?

Сандро издал восторженный вопль, и они обнялись в крепком медвежьем объятии, продолжая танцевать в холодном, безрадостном пространстве Куин-Мери-корт.

Годы канули в вечность. Дункан и Сандро снова были молоды.

– Проснись, Нокс.

— Что?

– Проснись. Ты ведь ничего не забыл?

Наступило утро. Слабый солнечный свет проникал через щели в темных тяжелых шторах. Нокс сел и стал тупо осматриваться, пока смутные воспоминания о минувшей ночи медленно пробуждались в его памяти. В комнате пахло потом, виски и… чем-то еще. Кровью. Волна острой боли в руке нахлынула на него, как только он вспомнил о ноже и о том, как порезал себя. Нокс тихо застонал, увидев испачканные в крови простыни, в которые был завернут. Страшно болела голова. Она действительно болела, если только… Протянув руку, он пощупал лоб, оказавшийся холодным и липким. В центре красовалась довольно болезненная шишка. Нокс с усилием освободился от простыней и отправился к зеркалу, чтобы обследовать странную рану.

– Нокс!

Ничего воображаемого в голосе не было. Он звучал не только в его голове, но и в комнате. Совсем как нормальный голос, но не… вспышка в памяти была моментальной, и Нокс, тяжело опустившись на край кровати, уставился на ожерелье, снова не веря своим ушам.

– Да, Господи, – прошептал он, – я здесь.

– Хорошо. Я хотел бы, чтобы ты кое-что сделал для меня, Нокс. В доказательство того, что способен управлять Детьми… моими Детьми.

— Скажи мне, Господи, это правда, что ты собираешься покончить с миром?

Нокс потер глаза, как будто все еще стараясь пробудить себя от сна.

– Не совсем так. Покончить я собираюсь только с теми, кем не доволен. Ты ведь читал Священное Писание?

— Да, я… Но почему ты выбрал именно меня? – Нокс немного сосредоточился, потом, нахмурившись, посмотрел на ожерелье так, будто перед ним сидел оппонент. – Ты мог выбрать Даниэля. Он был гораздо лучше меня и верил по-настоящему. Теперь я это знаю, хотя раньше думал, что он нас дурачит. Дэнни был за истинную веру. А я нет…

– За истинную веру? Но ты тоже можешь быть за истинную веру, Нокс. Еще есть время до Вознесения. Выполни для меня это задание. Докажи, что ты достоин и…

— Нет! – Нокс встал. – Я не верю тебе. Может быть, ты демон… или фальшивый пророк.

Он почувствовал тошноту и головокружение, так как стало давать себя знать обезвоживание организма после прошедшей ночи. В ногах появилась дрожь.

Голос помедлил несколько секунд, прежде чем продолжить, как будто не слышал, что говорил Нокс.

– … и я награжу тебя. Хорошо награжу. Ты ведь мечтаешь о власти, не так ли? Для того, чтобы нести хорошее людям, конечно.

Что-то в его тоне ясно давало понять Ноксу: голосу известно, что хорошие поступки у Нокса не стоят на повестке дня. Но, похоже, для него это не важно. Хотя, возможно, так и должно быть, Бог выбирает человека, который оступился. Грешника.

– Хорошо…

Он почувствовал, как по спине заструился пот.

– Слушай меня, Нокс. Посмотри на изображение, которое я тебе покажу. Можешь закрыть глаза, если так тебе покажется легче. Этот человек потерялся. Пропал. Ты должен его найти.

Нокс закрыл глаза, как велел ему голос, и в его мозгу появилось нечеткое, искаженное изображение. Потом он понял, что оно не искажено. Это был мальчик или молодой человек, чье тело было жестоко искривлено. Голова, наклоненная под странным углом, создавала впечатление, что на спине у него небольшой горб. На молодом человеке была странная одежда, а на голове золотой обруч.

– Это… Антихрист? – прошептал Нокс.

– Возможно.

— Возможно?

Ноксу показалось, что Богу следовало бы знать более точно. Бог вздохнул, опять просто проигнорировав сомнения Нокса.

– Тебе понадобится помощь в поисках. Надень ожерелье на шею.

Они вышли на полуденное солнце Роял-Майл и остановились, пытаясь усмирить нервы, взбудораженные хаосом и шумом города. Если Мориас прав, прошло только два года, и все вокруг выглядело так, будто они покинули Эдинбург только вчера. Роял-Майл, также известная как Хай-стрит, главная туристическая улица Эдинбурга. В верхнем конце ее высится огромное здание Эдинбургского замка, построенного на базальтовой основе потухшего вулкана. На другом конце сонной улицы находятся Холируд-Палас и земли Королевского парка. Между ними мили магазинов, кафе, баров и достопримечательностей любого периода истории Шотландии, который только мог заинтересовать туриста. Историей пропитаны даже древние камни, хотя многие посетители только покупали немного песочного печенья или бросали монетки волынщику.