–  Где ты это взяла, черт побери?
– спросил он пресекающимся голосом.

–  Кгхм… Это из коллекции моего отца, которая хранится в университетском архиве. В это был завернут кинжал. Я не знала, что это тоже ценность.

Пеппо удивленно посмотрел на меня:

–  Ты не знаешь, что это?

На голубом шелке была изображена женщина с нимбом над головой. Ее руки были подняты в благословляющем жесте. Краски от времени выцвели, но очарование старинного рисунка не поблекло. Даже невежде вроде меня было ясно, что это изображение Девы Марии.

–  Знамя для религиозных процессий?

–  Это, - сказал Пеппо, буквально вытягиваясь по стойке «смирно», - палио, первый приз на скачках Палио, только очень древний. Видишь римские цифры в углу? Это год… - Он подался вперед, чтобы разобрать цифры.
– Да! Санта Мария!
– Пеппо повернулся ко мне с горящими глазами.
– Это палио не только древнее, но и самое легендарное! Считалось, что оно навсегда утеряно, но - вот оно! Это приз победителю Палио от 1340 года. Бесценное сокровище! Оно было обшито хвостиками… vaio [30] , я не знаю, как это по-английски. Вот здесь, здесь… - Он указал на обтрепанные шелковые углы.
– Это такие особые белки, сейчас их нет.

–  А сколько эта вещь может стоить? Ну, в денежном выражении?
– спросила я.

–  В денежном?
– Вопрос показался Пеппо диким. Он посмотрел на меня так, словно я спросила, почем Иисус берет в час.
– Это же приз! Это особенная вещь, огромная честь! Со времен Средневековья победитель Палио получал красивый шелковый стяг, отделанный дорогими мехами. Римляне называли его «паллиум», поэтому скачки стали называться «Палио». Смотри, - указал он тростью на знамена, развешанные по стенам.
– Всякий раз, когда наша контрада побеждает в Палио, коллекция пополняется новым палио. Самым старым около двухсот лет.

–  Значит, призовых знамен четырнадцатого века у вас нет?

–  Нет!
– Пеппо энергично покрутил головой.
– Это очень, очень особенная вещь. Понимаешь, в прежние времена победитель Палио, получив стяг, шил из него себе одежду и носил в знак триумфа, поэтому они не сохранились.

–  Тогда палио должно что-то стоить, - настаивала я.
– Раз уж оно уникально.

–  Мани-мани-мани, - насмешливо пропел кузен.
– Помешались все на деньгах. Как ты не понимаешь, это же история Сиены!

Энтузиазм Пеппо резко контрастировал с моим мрачным настроением. Судя по всему, я рисковала жизнью ради старого ржавого ножа и выцветшего флага. Да, палио - бесценный, почти магический артефакт для сиенцев, но, к сожалению, за пределами Сиены это совершенно пустяковая старая ветошь.

–  А нож?
– спросила я.
– Вам случалось видеть такие прежде?

Пеппо вновь подошел к столу и взял в руки мою находку.

–  Это, - сказал он, вытягивая из ножен ржавый клинок и рассматривая его при свете люстры, - кинжал. Очень удобное оружие.
– Очень внимательно изучив гравировку, он кивнул, словно теперь ему все стало ясно.
– Орел! Ну конечно! Кинжал, спрятанный вместе с палио в 1340 году! Все-таки я дожил до этого дня. Почему он мне никогда не показывал? Значит, знал, что я скажу - эти сокровища принадлежат всей Сиене, а не только Толомеи.

–  Пеппо… - Я потерла лоб.
– Что мне со всем этим делать?

Он посмотрел на меня странно отсутствующим взглядом, словно видел перед собой не меня, а события далекого 1340 года.

–  Помнишь, я говорил, твои родители считали, что Ромео и Джульетта жили здесь, в Сиене? О Палио 1340 года ходило много слухов. Говорили, что палио исчезло - вот это самое - и что во время скачек погиб наездник. Еще говорили, что в том Палио участвовал Ромео. Я думаю, это его кинжал.

Любопытство, наконец, пересилило мое разочарование.

–  И он победил?

–  Не уверен. Некоторые говорят, что он-то и был тем участником, который погиб. Но помяни мои слова… - Пеппо взглянул на меня, прищурившись.
– Марескотти сделают все, чтобы прибрать кинжал к рукам.

–  Вы имеете в виду потомков рода Марескотти, которые сейчас живут в Сиене?

Пеппо пожал плечами.

–  О палио можно судить по-разному, но кинжал принадлежал Ромео. Видишь гравировку в виде орла на эфесе? Можешь представить, какое это сокровище для клана?

–  Значит, я должна это вернуть…

–  Нет!
– Лихорадочный блеск в глазах кузена моментально сменился совершенно здравой жадностью коллекционера.
– Ты должна оставить это здесь! Это сокровище принадлежит всей Сиене, а не только контраде Орла и Марескотти. Ты очень хорошо сделала, что принесла это сюда. Нужно известить магистраты - пусть решают, как поступить. А пока я положу это в сейф, подальше от света и воздуха.
– Он принялся благоговейно складывать знамя.
– Обещаю тебе, я прослежу за их сохранностью. Сейф у нас надежный.