– Какой факт? – с любопытством спросила Катя.

– Тот, что Федор Матвеевич с вашей подачи мне к делу оперативно-разыскному велел приобщить – до выяснения… рапорты.

– Рапорты патрульных вневедомственной охраны?

– Факт налицо, – Елистратов усмехнулся. – Много я всего в своей жизни читал, но такого… Но все равно – факт есть факт, и он задокументирован. Обязаны проверить.

– Боже мой, как же это хорошо, – Катя вскочила. – Какой же вы славный… умный… Вот, Федор Матвеевич, я же вам говорила… Я не знаю, что они слышали, эти ребята, но они не врали, понимаете? И вы… и мы обязаны узнать. Так… продавщицы тут у вас пока еще в управлении?

– Да, следователь прокуратуры с ними беседует, а что?

– Вызовите Слонову Наталью, она из отдела женской одежды, того, что рядом с отделом постельного белья.

– Так, кто там у нас, – Елистратов снял трубку внутреннего телефона. – Алло, следователь там закончил? Собирается пропуски отмечать. Пусть погодит. Слонова Наталья, давайте ее ко мне для беседы.

– Только можно я сама с ней поговорю? – спросила Катя.

Елистратов усмехнулся, Гущин вздохнул.

Продавщица Наталья Слонова вошла в кабинет минут через пять.

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, моя фамилия Елистратов, начальник отдела убийств МУРа, а это вот мои коллеги.

– Да, встречались уже, – Слонова повернулась к Кате.

– Садитесь, пожалуйста, Наташа. Необходимо с вами срочно побеседовать, – Катя выдвинула ей стул рядом со своим креслом.

– О чем? Обо всем уже переговорено. Муж мой изнервничался весь, потому как то милиция к нам в дом, то в универмаг, то меня сюда к вам.

– А кто ваш муж по профессии?

– Шофер, в доставке продуктов работает.

– Понятно, и дочка у вас… большая семья, дружная. В универмаге вы… вы, собственно, ради них работаете?

– Конечно, график хороший, зарплата так себе, но зато близко ехать – на метро прямая ветка, я на «Нагорной» живу. Хотела было уходить, а куда? Сунулась в продуктовый, а там все свои – в одном целая семья, в другом целый аул… не в палатке же сидеть, водкой из-под полы торговать. А то бы давно ушла.

– А почему?

– Двух человек убили – это вам как?

– Но вы ведь хотели уходить еще до убийств, – сказала Катя. – Или я неправильно вас поняла сейчас?

– Правильно, но…

– А почему?

Слонова стиснула сумочку. Пальцы ее с аккуратным «французским» маникюром аж побелели.

– Потому, – сказала она тихо.

– И все же?

– Вы этого не поймете. А объяснять… я не хочу.

– Почему? – спросила Катя как можно мягче.

– Да потому что… не хочу, не буду. Имею право. Дурой еще меня сочтете ненормальной.

– В вашем универмаге что-то происходит. И это началось еще до убийств, ведь так?

– Да убийства эти… думаете, это впервые там у нас людей на тот свет отправляют? Такая бойня там была…

– Вы про убийства восьмидесятого года?

– А вы о них разве знаете? – наивно спросила Слонова.

– Мы знаем. И вы, как я вижу, тоже. Кто вам сказал?

– Хозяин.

– Шеин?

– Ну да… как только купил универмаг, сразу же собрал нас всех, то-се, маркетинг, основные направления… А потом рассказал: мол, поосторожнее, здание-то с историей, с душком кровавым.

– А до того, как он стал хозяином…

– Я не знаю, я на работу поступила за неделю до того, как в универмаге собственник поменялся, до этого хаос был полнейший, а с Шеиным все вроде как наладилось.

– И все же, Наташа, я очень вас прошу… Я приходила туда к вам, вы помните… Там, не знаю, как описать… Вроде все как в обычном магазине, но иногда… Мне, например, все время хотелось оглянуться… Вы понимаете, оглянуться и…

– Вы тоже это почувствовали? Или специально лжете? – спросила Слонова.

– Я не лгу, – Катя, правда, и сама не знала. Азарт допроса и воображение – великие вещи.

Гущин и Елистратов хранили молчание.

– Нет, все равно. Это я обсуждать не желаю.

– Но вы ведь там все чего-то боитесь! – не выдержала Катя. – Это же видно по вашим лицам… этого не скроешь. Может, потому и атмосфера там у вас какая-то… я не знаю, замогильная… И покупатели к вам не ходят!

– Покупатели ходят. Это же днем. А вот вечерами…

– Так, что вечерами? – вмешался Елистратов. – Слушайте, девушка, дорогая моя, я вам верю, понимаете? Я, начальник отдела убийств МУРа, верю вам, и мой коллега полковник Гущин – тоже. У нас два убийства нераскрытых – я в черта лысого поверю, только чтобы на волосок приблизиться к их раскрытию. И вот тут у меня рапорты сотрудников. Если что-то там у вас… действительно странное… то вы не одна, есть и другие, понимаете? Вполне независимые и заслуживающие доверия свидетели. Так что говорите все начистоту.