Подаренный ею метательный нож сам собой прыгнул в руку Сергея. Пальцы привычно обхватили холодное лезвие. А громила с «отбойником» уже вскочил со своего ящика, направив на Полину ствол своего страшного ружья. Сергей собственными глазами видел, как выпущенный в упор сноп картечи сбивает в полёте прыгнувшего упыря. С трёх метров, а именно столько отделяло Полину от среза направленного на неё ружейного ствола, хрупкую девушку разорвало бы в клочья. Опережающим сознанием Сергей увидел, как одновременно с грохотом выстрела грудь и живот Полины взрываются кровавыми брызгами, и её переломившееся изуродованное тело взлетает в воздух и, пролетев несколько метров, падает окровавленной тряпкой у его ног.

Но роковой выстрел, оборвавший в воображении молодого человека жизнь его любимой, так и не прогремел. Зато когда рассеялся кровавый туман перед глазами, Касарин увидел, что ствол дробовика смотрит куда-то в пол, хозяин оружия пятится назад, а из груди у него торчит рукоятка ножа. Сергей так и не понял, как он успел метнуть клинок. Казалось, было совершенно невозможно опередить бандита. Тем не менее, здоровяк с ножом в груди грузно опрокинулся на спину и остался лежать без движения. Всё это произошло на глазах его проигравшегося напарника, который так и застыл на своей бочке с автоматом в правой руке и отстёгнутым магазином в левой. Он вряд ли успел бы зарядить разряженное оружие, но Полина не дала ему даже этого призрачного шанса. Высоко подпрыгнув, она ткнула бандита прикладом в темя, и проигравшийся неудачник кулем свалился с бочки, растянувшись на земле возле своего партнёра. Полина рывком перевернула его на спину. Сергею показалась, что она щупает пульс у него на шее, но когда он подбежал к девушке, увидел, что та приставила к горлу бандита нож, который перед этим выдернула из груди здоровяка.

— Где Вольтер? — услышал Сергей её последний вопрос.

Бандит не ответил. Часто моргая, он уставился даже не на Полину, а на окровавленный нож в её руке. Девушка чуть шевельнула пальцами, и острие ножа прокололо кожу у него под подбородком. Одна за другой две налившиеся капли крови скатились караульному за воротник плаща. От вида вспарывающего кожу лезвия Сергею стало страшно. И не только ему — бандит завозился на земле и пролепетал заплетающимся от страха голосом:

— Н-не надо.

Полина чуть ослабила нажим.

— Знаешь учёного, которого ваши утащили с Проспекта?

Её пленник едва заметно кивнул.

— Где он?

Вместо ответа бандит принялся царапать рукой по земле. Сергей решил, что он пытается освободиться, но тот лишь приподнял руку и ткнул ею куда-то в сторону. Там, куда он указывал, возвышался штабель каких-то ящиков. Только и всего.

— Где? — повторила Полина свой вопрос и снова шевельнула ножом. Ещё одна капля крови скатилась по шее бандита.

— За баррикадой дверь, — прошептал тот.

Полина удовлетворённо кивнула и задала новый вопрос:

— Много ваших на станции?

Бандит замотал головой:

— Все пошли сталкеров с Проспекта гасить, даже пулемёт с платформы сняли.

— Про сталкеров откуда знаешь?

— Тип какой-то с Проспекта пришёл. По виду крутой. Сказал: скоро сталкеры всех нас вырежут. Они с Бугром о чём-то перетёрли и в туннель подались, засаду ставить. А нас с Кастетом тут для охраны оставили.

— Точно, — кивнула Полина. — Вырежут.

Она подалась вперёд, лезвие ножа легко вошло в горло бандиту и тут же вынырнуло обратно. Его тело выгнулось дугой и обмякло, зато из раны фонтаном выплеснулась кровь, забрызгав Полине ладонь и рукав комбинезона. Несколько мелких капель попали и на лицо, но девушка этого даже не заметила.

Сергей уставился на любимую округлившимися от ужаса глазами:

— Ты же убила его!

Она резко повернулась к нему. На её лбу и правой скуле, словно новые родинки, расплылись кровавые брызги.

— А что, по-твоему, мне нужно было сделать? Трахнуться с ним?

Сергей промолчал, но Полина уже завелась:

— Ты же считаешь, что я только на это и гожусь! Или не ты сказал Борису, что я уже достала тебя своими приставаниями, что вешаюсь на тебя при каждом удобном случае?!

Даже самая тяжёлая оплеуха не причинила бы столько боли, как эти её слова. Сергей задохнулся от обиды.

— Я этого не говорил! И никогда бы не сказал. Я ведь… Я люблю тебя… — закончил он и отвернулся.

— Что? — тихо спросила Полина.

— Что слышала! — огрызнулся Касарин, уже жалея о своей откровенности. Эта холодная и безжалостная девушка не могла понять его чувств, как и не была способна на настоящую любовь. Для неё даже не существовало такого понятия. Не случайно она постоянно заменяла его грязными, похабными словами.

Неожиданно она дотронулась до его руки:

— Идём. Нужно разобрать баррикаду.