– Илья, ты где? – позвал Сатин.

Но ему никто не ответил, и вообще вокруг было странно тихо, исчезли все звуки улицы.

– Илья! – уже громче крикнул Карим.

Сатин сделал шаг вперед и наткнулся на правую переднюю дверцу. Она была распахнута. Обогнув ее, он дотянулся рукой до переднего сиденья, и понял, что Ильи в машине нет.

Карим не очень удивился, решив, что Скоробогатов покинул машину и теперь, как и он сам, кружит где-то поблизости во тьме.

И тут что-то набросилось на него сзади. Сдавило спину и грудь, как будто тисками, – причем в темноте невозможно было понять, то ли это чья-то железная хватка, то ли воздействие заклинания.

Он попытался сосредоточиться, но не смог, о том, чтобы применить какое-нибудь заклинание, не было и речи. Карим напрягся так, что затрещали суставы и, к собственному удивлению, смог вырваться из стальных объятий.

Темнота исчезла, и появились звуки. Улица обрушилась на Карима неприукрашенной реальностью: та же дорога, тот же поворот, в который они с таким трудом вписались, тот же Басманный тупик впереди. Почти рухнув на капот автомобиля, Сатин перевел дыхание. Потом он вспомнил о друге и осмотрелся.

Ильи нигде не было.

Сообразив, что «Мерседес» все еще беспомощно стоит на проезжей части, прижавшись к обочине, Сатин поспешил завести мотор и проехать вперед, к дому номер два. Кое-как найдя место для парковки, он втиснул автомобиль между «десяткой» и забором. После этого вытащил телефон и попытался позвонить Скоробогатову.

Раздалось знакомое:

«Абонент ответит. Он сейчас, сейчас ответит»…

Но тут же Илья стал недоступен.

Вконец расстроившись, Карим вышел из машины и тут увидел въезжавшую в тупик желтую «Калину». Инаков проехал дальше по улице и остановился за углом – ближе места для стоянки не нашлось.

Сатин бегом кинулся к нему.

– Антон Николаевич, Илья пропал! – выпалил он, подлетев к выходившему из машины Инакову.

– Да ты что, как «пропал»? – испугался Инаков. – Я же звонил ему утром.

– Произошло что-то странное…

И Карим рассказал, как их остановили, применив иллюзию, и как потом не давали сдвинуться с места.

– А когда все исчезло – пропал и Илья, – закончил он с отчаянием.

– Вот это номер, еж твою двадцать! – помрачнел Антон. – И что делать, ума не приложу. Звонить ему не пытался?

– Пытался, – кивнул Карим. – Глухо.

– И джинна ждет, как назло… Эх! – Инаков с досадой махнул рукой.

– Мне кажется, мы должны сейчас пойти к «оранжевым», – уверенно заявил Карим. – Враг ведь добивался именно того, чтоб мы этого не сделали. Где сейчас искать Илью, мы все равно не знаем. А потом…

– А потом подключим наших магов и найдем. Пошли! – И Антон решительно зашагал к подъезду.

Там их ждал охранник-джинна.

Это был не тот охранник, что почти месяц назад встречал у подъезда мастера. Того охранника уже не было в живых. В живых не было никого из присутствовавших при том разговоре: все они погибли двадцать девятого марта.

Антон назвал охраннику свою и Карима фамилии, и тот провел их в здание.

В ярко освещенном вестибюле за высокой стойкой находился второй охранник с абсолютно безразличным лицом. Рядом восседала дородная дама с темно-огненными, почти красными на фоне ее черного платья волосами, уложенными в пышную прическу.

Она потребовала у визитеров паспорта. Карим и Инаков почти синхронно протянули ей документы. Дама поджала губы: то ли ей не нравилось, что посетители – не джинна, то ли она просто была не в духе. Сверившись с компьютером, она протянула паспорта вместе с пропусками владельцам.

Сатин с Инаковым прошли через турникет, и охранник привел их на второй этаж. Кабинет, куда они зашли, смотрелся тускло и безжизненно: серые стены, матово-фиолетовый пол, стандартные офисные столы. Только хозяин, поднявшийся навстречу гостям, выглядел здесь живым и ярким.

Амуров был высоким и довольно упитанным: пуговицы пиджака не сходились на его животе, открывая рубашку в полоску. Румянец во всю щеку и блестящие золотистые – не желтые и не красные, как с облегчением заметил Карим – глаза придавали его облику вполне добродушный вид. В огромной загорелой лапище он держал удивительно маленький овальной формы мобильный телефон ослепительно белого цвета.

– Приветствую, господа, – джинна протянул руку Инакову, потом – Кариму. – А сообщалось, что вас будет трое.