– А что, похитители выдвигают какие-то требования? – раздался голос сидевшего напротив Галкина Наблюдателя из Изумрудных Крыльев.

– Нет, пока ничего. Но прошло еще очень мало времени.

Галкин еще не знал о полученной Каримом эсэмэске.

– Да кто, кто похититель-то? – спросил один из людей.

– Минуту, господа, дайте сказать, – тяжело вздохнул Галкин. – Мы не знаем, кто похититель. Нападение было совершено сегодня около одиннадцати часов утра в Басманном тупике.

– То есть рядом с резиденцией Центрального землячества джинна? – вновь раздался голос Наблюдателя.

– За что они так не любят джинна? – шепнул Карим Инакову.

– Да за что их любить? – откликнулся тот. – Те еще смутьяны.

– Да, именно, рядом с резиденцией, – подтвердил Галкин. – Кстати, я что-то не вижу многоуважаемого Дмитрия Амурова, а ведь он обещал быть…

– Увы, увы, – скривил губы вампир. – Центральное землячество нас снова проигнорировало.

– Но это не так важно… – Галкин повернулся к Кариму: – Я хотел бы, чтобы уважаемое собрание услышало все из первых уст. Пожалуйста, Карим.

Сатин вздрогнул – его не предупредили, что придется выступать.

Он поднялся и откашлялся.

– Здравствуйте, почтенные.

Раздалось несколько удивленных возгласов.

– Давайте не будем отвлекаться, – сказал вампир. – Послушаем нашего гостя из Зеленограда.

Он знал, кто такой Сатин и откуда родом, хотя непонятно, откуда он это знал.

Не касаясь истории с колодцами, Карим рассказал об услышанном от провидицы о «пламени победы», о поисках в Интернете и разговоре с Амуровым. Своего дядю он решил не упоминать, посчитав это лишним. Подробно описал иллюзии, с которыми пришлось столкнуться в Басманном тупике, при этом посмотрел на присутствующего в зале альва.

Тот казался заинтересованным, но на Карима не взглянул, сидел, уставясь в стол.

Затем Сатин приступил к повествованию о визите к «оранжевым», поведал о «Дневниках мага-воина». Под конец упомянул о полученном им смс-сообщении. Стоило Кариму закончить, как несколько магов заговорили разом.

– Джинна. Это опять джинна. Вечно они, – сказал кто-то из людей. – Когда же это прекратится?

– Да при чем здесь «оранжевые»? Всегда у вас джинна виноваты, – буркнул один из «оранжевых», не принадлежавших к Центральному землячеству и приглашенный лишь потому, что у них был источник рядом с «красной» веткой метро. – Они не применяют иллюзии.

– Господа, господа, тише! – повысил голос верог. – Уважаемый… простите, как вас?

– Карим.

– Уважаемый Карим, – мягко начал Саркисов, – из ваших слов можно сделать вывод, что виноваты в неприятностях два клана. Центральное землячество – в организации взрывов и «Грановитая палата» или другое объединение альвов – в нападении на вас и вашего друга. Кто-нибудь может подтвердить достоверность ваших слов?

– Ну, во-первых, я, – Инаков тяжело поднялся, и все взоры обратились к нему. – Поскольку я присутствовал при разговоре с Амуровым. Во-вторых, разумеется, сам Амуров, который почему-то все еще не прибыл.

– Простите, – послышался тихий, но довольно уверенный голос. – Вы сказали: «В нападении виноваты альвы». Я не ошибся? Но разве этот молодой человек сказал хоть слово об альвах?

Единственный на этом собрании маг голубой сферы – Веилуанд, одно из первых лиц «Грановитой палаты» – поднялся из-за стола.

Карим открыл было рот, но вампир опередил его:

– А вы что же, почтенный, можете назвать кого-то другого, столь же виртуозно владеющего магией иллюзий?

Танцор не растерялся.

– Игрок. Просто мощный маг другой сферы. Да какая разница? – он пожал плечами. – Но я со всей ответственностью заявляю, что мы ни при чем. Иллюзии – да, извольте. Сколько хотите. Но похитить человека… Да и зачем это нам? И вообще, можно ли верить этому юноше? Мы его в первый раз видим.

– К сожалению, это не все, – заявил Карим, поискав глазами Дарину со Снежаной.

Хранительница закона кивнула, ее дочь ободряюще улыбнулась.

– Я не могу утверждать, что в Басманном тупике на нас напали именно представители голубой сферы, потому что я их не видел. Но зато в районе пересечения Ярославского шоссе с окружной железной дорогой я их рассмотрел отчетливо. И тому есть свидетели.