Но ей было жаль маленького Джейми.

– Ты можешь позвонить кому-нибудь еще? — спросила она.

Он покачал головой, продолжая смотреть ей в глаза.

Видя, как беспокоит Макса судьба малыша, Кэрри поразилась. Она никогда не подумала бы, что он так близко принимает все к сердцу. Это было хорошо. Но этот мужчина абсолютно не умеет обращаться с маленькими ребенком. Это было плохо. Она снова вспомнила, что Брайан не выносил детского плача. Именно это обстоятельство сыграло роковую роль и стало причиной катастрофы.

Но она не должна об этом думать. Тут было совсем другое дело. Макс - не Брайан. Иногда дети плачут потому, что ощущают дискомфорт в новой обстановке.

– Подожди до утра, - предложила Кэрри.
– К тому времени ты взвесишь все как следует и поймешь: хочешь ты, чтобы она осталась, или нет.

Он слегка скривился и отвел взгляд. Кэрри подумала, что Макс ждал от нее другого ответа, наподобие того, что интуиция его не подвела и няню надо уволить.

– У вас есть общий ребенок? — Голос Си Джей раздался так неожиданно, что Кэрри вздрогнула.

Они и забыли, что сидят за столиком не одни! Оба ошарашенно взглянули на нее и разом воскликнули:

– Нет!

– Конечно, нет, - повторил Макс слегка раздраженно из-за того, что их разговор прервали. Он уже подобрался к Кэрри так близко, что еще немного, и обязательно уговорил бы ее.
– Это ребенок моего брата.

– О! — с удивленным видом сказала Си Джей. — Я и не знала, что у Джино был ребенок.

Они пристально посмотрели на нее.

– Ты была знакома с Джино? — спросил Макс.

– Конечно. Я познакомилась с ним, когда он был здесь в прошлом году.

Макс недоверчиво взглянул на нее.

– Джино был здесь? Ради чего?

Она пожала плечами.

– Примерно ради того же, что и ты, — ответила она, бросая на него лукавый взгляд. — Он хотел купить ранчо.

Для Макса это оказалось новостью. У них с братом всегда были дружеские отношения. Они унаследовали

от отца семейный строительный бизнес, которым сообща управляли. Почему Джино не рассказал о том, что пытался купить ранчо? Возможно, хотел сделать матери сюрприз.

— Ты слышала, он погиб в авиакатастрофе? - спросил Макс.

— Да, мне очень жаль. — Она сочувственно кивнула. — Джино был замечательным парнем. Хотя женщина, которая с ним приехала, мне не понравилась совсем.

— Шейла? — Макс нахмурился.

— Да, по-моему, именно так ее звали. — Си Джей скептически скривила губы. — У нее был такой вид, словно она что-то замышляет. Вообще-то, странно. Эта особа позвонила мне на днях. Оставила сообщение на автоответчике. Правда, я потом так и не перезвонила. Она, кстати, находится в городе и, кажется, собиралась просить денег.

— Вероятно, ты права. Последнее время Шейла часто просила денег. — Макс пристально смотрел на рыжеволосую красавицу, словно видел ее впервые. Потом, помолчав, сменил тему: — Значит, Джино не смог уговорить тебя продать ранчо.

— Конечно, нет! — Си Джей с воинственным видом вздернула подбородок. Ее огромные зеленые глаза сверкали, взгляд стал решительным. — Я и не собираюсь его продавать. Это мое наследство. После смерти всех моих родственников у меня больше ничего не осталось.

Макс задумчиво прищурил свои темные глаза, глядя на эту женщину. Но прежде чем успел что-то сказать, официант принес им напитки.

— Мы должны сесть за отдельный столик, дорогой, — капризно произнесла Си Джей.

— Зачем? За этим столиком вполне хватит места всем, — возразил Макс. — Давайте поедим здесь.

– Что?! — хором вскричали Кэрри, Си Джей и Рэнди и ошарашенно уставились на него.

— Какие-то проблемы? — спросил Макс, с невозмутимым видом глядя на каждого по очереди.

Все трое нехотя покачали головами.

— Нет. Конечно, нет.

— Что ж, тогда... — Он пожал плечами и перевел взгляд на официанта: - Мне шотландское виски,, неразбавленное. А тебе? — он кивнул Си Джей.

Си Джей сделала заказ, но Кэрри больше их не слушала. Если бы не Мара, сидела бы она сейчас дома, слушала тихую музыку и читала какой-нибудь хороший роман. Ох уж эта Мара!

В ожидании заказанных блюд Рэнди и Си Джей трещали без умолку.

Кэрри ни о чем не могла больше думать, кроме как о мужчине, сидевшем около нее. Она искоса посмотрела в его сторону. Задумавшись о чем-то своем, Макс был молчалив и мрачен. И конечно, понятия не имел, что творилось в душе сидящей около него дамы.