Шрифт:
Он с поклоном пропустил ее в двери впереди себя.
— Только уголок, наверное. — Она вздохнула. — Я совершенно запуталась. Не уверена даже, что мне удастся снова отыскать комнату с омнихорой.
— Так вы ее видели, — пробормотал он. — Ну и как вы нашли омнихору?
— Она великолепна! — честно ответила Энн. — Лучшей нет даже в Академии музыки на Земле.
Он бросил на нее быстрый взгляд из-под ресниц. Этот прием был у него общим с Эр Томом, иначе Энн ни за что бы этого не заметила.
— Интересно, а вы были в Академии музыки на Земле?
— Я два года училась там по гранту, — ответила она невыразительно. — На третий год фонды закончились, а моя семья никак не могла…
Она пожала плечами, не договорив.
— Я вернулась домой, окончила колледж, получила стипендию и занялась научной работой.
«В рекордные сроки», — мысленно договорила она. Ею двигало горе из-за того, что она лишилась своей первой любви, музыки, но она была полна решимости преуспеть во второй и училась, отбросив все. Даже — в особенности — дружеские отношения…
— Понимаю, — сказал Даав, заводя ее в небольшую комнату и закрывая за ними дверь. Он приглашающе махнул рукой в сторону двух невероятно пышных и даже немного потертых мягких кресел. — Садитесь, пожалуйста. Можно налить вам вина?
— Спасибо. Белого, пожалуйста.
Выбранное ею кресло оказалось дивно удобным: сиденье было достаточно широким для ее бедер, высокая спинка обхватила плечи, а ножки были настолько высокими, что ей почти не пришлось убирать ноги назад.
Даав уселся напротив нее, поставив две рюмки на невысокий столик между креслами.
— Ну вот. — Он откинулся на спинку кресла. — У меня есть вопросы, на которые необходимо получить ответы. Поверьте, я никоим образом не желаю вас огорчать или ранить. — Он улыбнулся. — Если бы я такое сделал, то Эр Том вручил бы мне мои уши на подносе. Она рассмеялась:
— Да, ну еще бы!
— О, вы так не считаете? Но, конечно же, его долг требует охранять покой будущей супруги!
— Будущей… О! — Она покачала головой. — Эр Том рассказал вам, что просил меня заключить с ним брачный контракт. Я ему отказала. И если он вам об этом не говорил, то ему следовало бы это сделать.
— Говорил, — мягко отозвался Даав.
— Тогда что… — Она нахмурилась, вглядываясь в узкое лисье лицо. — Я не понимаю.
— А! — Он пригубил вино, рассматривая Энн поверх края рюмки. — Могу ли я узнать, — произнес он в конце концов, — каковы ваши намерения в отношении моего брата?
Она и сама этого не знала. Было совершенно ясно, что ей придется от него отказаться. И скоро. К несчастью, было не менее ясно, что отказ от него равносилен тому, чтобы вырвать у себя из груди живое сердце.
Энн потянулась за своей рюмкой и оттянула время ответа, отпив вина. Но и вернув рюмку на стол, она ничуть не приблизилась к ответу.
— А нам не следует, — спросила она, бросая быстрый взгляд на лицо Даава, — вести этот разговор на… высоком лиадийском?
— Безусловно, если так вам будет спокойнее, — с готовностью согласился он. — Но я нахожу земной таким свободным. Вы со мной не согласитесь? Нет нужды перебирать десяток модальностей в поисках нужного нюанса…
Она ухмыльнулась.
— Мне просто показалось, что раз уж я, похоже, говорю с делмом…
— О, опять мои ужасные манеры! Делм, этот чопорный тип, пока остается в стороне. Вы разговариваете с Даавом йос-Фелиумом, который выступает от лица брата, попросившего меня побеседовать с вами.
— Относительно моих намерений?
Черт подери этого мужчину, тогда почему он не спросил у нее сам?
— Или ваших чувств, — пробормотал Даав. Он наклонил голову набок. — Это нахальство, я понимаю. Увы, я всегда был нахальным типом. А мой брат мне очень дорог.
Она подняла взгляд, тронутая его прямотой.
— Ну что ж, — с горькой иронией сказала она, — он мне тоже очень дорог. Не знаю, как мне удастся терпимо попрощаться с ним в конце моего отпуска…
Она покачала головой.
— Мне не следовало лететь на Лиад. Теперь я это вижу. Просто дело в том, что он… он приехал, чтобы меня найти. Меня! У него были неприятности… — она улыбнулась, вспомнив, как это выразил сам Эр Том, — …затруднения. И я довольно глупо решила, что могу помочь…
Она отвела взгляд.