Повинуясь силе притяжения, палочки упали, образовав достаточно сложное многоцветное переплетение.

— Итак, — сказал он, принимая захват у Вилли, — у нас здесь ужасный беспорядок, правда? Я спорю с тобой на двадцать монет, что все эти палочки можно извлечь и положить на сукно, не потревожив остальных. Идет?

Вилли покачал головой.

— Я знаю, что с вами лучше не спорить.

— Современная молодежь, — подумал вслух Пат Рин, прослеживая взглядом сложный узор, который составили палочки, — лишена тяги к приключениям.

Расклад оказался непростым. Он видел, что легко сможет вытащить шестнадцать… даже восемнадцать… из двадцати четырех. А вот остальные… Да.

— Всего двадцать монет? — осведомился глубокий голос рядом с ним. — А почему бы не заключить пари, достойное ваших умений?

Он спокойно поднял взгляд и встретился со смеющимися глазами Натезы.

— И что бы вы поставили, миледи?

— Надо подумать.

Она склонила голову набок и, прижав палец к губам, демонстративно задумалась над ответом.

— Знаю! — сказала она наконец. — Если вы не справитесь с двадцатью четырьмя, я заберу из дома миз Одри ковер грешников.

— О, вот как? — Он с уважением посмотрел на нее. — А если мне это удастся, то какой будет моя награда?

Она улыбнулась ему — медленно и обольстительно.

— Конечно же, что-нибудь очень приятное.

Он рассмеялся.

— Идет, — сказал он, поудобнее берясь за захват. — А теперь смотри, дитя, — сказал он Вилли. — Возможно, ты в последний раз видишь, как я играю.

Он сосредоточился на ярком переплетении, позволив комнате уйти из его сознания, так что там остались только он сам, палочки — и необходимость выиграть.

Захват стремительно пришел в движение.

Первые восемь просто отодвигались, а потом начались настоящие трудности.

Он быстро продолжал действовать, умело избегая заякоривающих палочек и тех, которые угрожали покатиться. И с каждым ловким движением захвата на счетное сукно падала очередная палочка.

И наконец, их осталось три — и они лежали, опираясь друг на друга.

Пат Рин перевернул захват, вставил тупой конец в тончайший зазор между желтой и синей палочками, откатил желтую, перевернул захват и зацепил ее крючком, ловким поворотом кисти выложив на сукно.

Точно так же была получена синяя, и, наконец, последняя оранжевая была отправлена на сукно картинным броском, который заставил ее трижды перевернуться, прежде чем лечь на сукно.

Пат Рин положил захват на сукно рядом с палочками и улыбнулся Вилли.

— Видишь, как это делается?

Паренек покачал головой.

— Вижу, что мне надо еще ой как много заниматься.

— Я же не говорил, что работать в казино легко, — напомнил ему Пат Рин. — Может, лучше пусть за столом с палочками встанет Шэйн?

Шэйн был главным соперником Вилли в доме Одри, и хотя их соперничество было по большей части дружеским, Вилли не мог допустить, чтобы какое-то задание взяли у него и передали другому мальчишке.

— Нет, сударь, мистер Конрад! Я буду заниматься.

— Хорошо, — сказал Пат Рин, отходя от стола. — Я еще зайду попозже.

Он направился прочь в сопровождении Натезы.

— Итак, — негромко спросил он у нее, — когда я смогу получить свой выигрыш?

— Современная молодежь, — спокойно заметила она, — лишена терпения.

— А! Но я уже далеко не молод. То, что ты считаешь нетерпеливостью, на самом деле потребность мужчины воспользоваться теми немногими часами, которые ему остались.

Она серьезно взглянула на него:

— Да, совершенно верно.

— Я был уверен в том, что рано или поздно ты это поймешь, — проговорил он, пропуская ее перед собой в дверь, которая выходила на территорию собственно космопорта.

День стоял прохладный и яркий — разгар лета на Пустоши, — и в самом порту царило радующее сердце оживление. Работа велась на нескольких совместных предприятиях, в частности на беспошлинном магазине, смело названном «Планетарным кооперативом», который располагался на месте, обозначенном старой вывеской «Магазин обучения». Кроме этого, в порту должны были вскоре открыться лавка со свежими фруктами, овощами и цветами и не меньше двух ремонтных мастерских. В числе индивидуальных предприятий был бар с местными фруктовыми игристыми винами и кондитерская. И, конечно, казино.