– А это вопрос не ко мне! – возразил Барулин.

– А к кому?

– А ты спроси у нашего горячо любимого шефа.

– У Виктора Алексеевича?

– У него самого.

– А он здесь причем?

– Знаешь, Филатов, я сам толком не могу ответить. Но в последнее время он изменился. Ну, не знаю, стал каким-то другим. Нервным, раздражительным, неразговорчивым, каким-то скрытным. И самое страшное – индифферентным к происходящему, к своей организации.

– Это из-за публикаций в прессе?

– Думаю, что не только из-за этого, – вдруг серьезным тоном ответил Барулин. – Хотя, во всем есть какая-то связь.

В этот момент Барулин взял бутылку и начал медленно разливать по стаканам.

– Понимаешь, я людей чувствую. Когда я вернулся из-за границы, он ведь мне много чего наобещал. Дескать, есть перспективные планы, главное заинтересовать инвестора. Он мне тогда сказал, что этим я могу заняться, поскольку у меня есть опыт общения с иностранными фирмами и языком я владею. Да я, честно говоря, не из-за этого пошел. Мне надоело за границей. На Родину потянуло. А тут такая возможность... Вообще, мне казалось, что мы как в старые добрые времена горы свернем!

– А получилось, как всегда, – поддержал разговор Филатов.

– Не говори. Да, к чему это я? – взяв новую порцию спиртного, спросил Барулин. – А к тому, что вначале все было неплохо. Потом появились эти злополучные публикации и Виктора как будто подменили. Два дня назад я случайно услышал его разговор с каким-то человеком по телефону. Виктор был с ним очень груб, а потом два дня не появлялся на работе. Когда пришел на работу, вид у него был неузнаваемый.

– Может, на него кто-то давит?

– Не знаю. Зато я четко уяснил, что все наши проекты Виктора, увы, не интересуют.

– Ладно, Сергей Борисович, давайте оставим это разговор до лучших времен. Только я вас сегодня никуда не отпущу, поедемте ко мне, – предложил Филатов и остановил такси.

Наслышан о твоих приключениях, – улыбаясь, начал с порога Дмитрий Светлов.

– Да ну тебя! – вместо приветствия парировал Юрий Филатов, однако руку редактору «Московского полдня» подал.

– Не обижайся, ведь сколько раз ты, Юра, в таких переделках бывал!

– Я пришел сказать тебе, Светлов, что мне до одного места твоя газета и твои поганые новости, и жареные факты. А пожить мне еще хочется на этом свете.

– Ты что, испугался? – спросил Светлов. – Знаешь, сколько у меня такого дерьма каждый день?

Редактор «Московского полдня» достал из служебного сейфа графинчик хорошего армянского коньяку и весело подмигнул Филатову.

– Давай лучше тяпнем по рюмочке и покумекаем, что тебе дальше делать.

После того как коньяк приятно разлился по телу, Филатов почувствовал, что, несмотря на все передряги, ему всегда не хватает решительности отказать знакомым и друзьям в просьбах. Происшедшее с ним нападение – наверняка зацепка, которую можно упустить.

– Я ничего не боюсь, Дима, – закусывая шоколадкой коньяк, заметил Филатов. – Я не люблю находиться в игре, в которой неизвестны игроки. А что ты усматриваешь в нападении на меня и Барулина? Простое стечение обстоятельств: какие-то уличные рэкетиры или братки ни с того ни с сего решили замести двух болванов из никому не нужной фирмы «Фармацея»?

– Я вижу, ты начинаешь соображать, Филатов, – промямлил Светлов. – Мы можем, конечно, спустить это дело на тормозах, однако я в своей профессии исхожу из того, что людям надо помогать.

– Ну, хорошо, но почему к этому делу ты не подключаешь ментов, прокуратуру или еще кого-нибудь?

– Глупый вопрос, – самодовольно заявил редактор газеты. Во-первых, менты могут быть куплены или заинтересованы в этом деле. Во-вторых, это приведет к огласке, которая может спугнуть крупную рыбу.

– Позиция твоя мне ясна, – ты будешь раздумывать и собирать по крупицам факты до тех пор, пока не проломят головы нескольким сотрудникам «Фармацеи». Правильно я тебя понимаю? – съязвил Филатов.

– Нет, я этого не хочу, но поверь мне, Юра, – это только начало. Пестики, как говорится, будут потом.

– А с чего ты взял, что за этим кто-то стоит?

– Знаю по опыту. Такие нападения чаще всего – фактор психологического давления на человека. Ну, для того, чтобы показать: не надо лезть в это дело.

– Ну и кто может за всем этим стоять?

– А вот это вопрос. Я сам пока не знаю. Но люди серьезные. Поверь мне. Кстати, хочу тебе сказать, что в нашей столице за последний год таких случаев наберется более ста. Я имею в виду захват чужой собственности. Причем братишки действуют грамотно и нахраписто. Не гнушаются ничем. Их окрестили черными рейдерами. Бизнес на захвате чужого бизнеса – едва ли не самое «модное» и прибыльное направление экономической преступности. В переводе с английского «рейдерство» означает «налет, набег». Схема очень простая: ищут проблемную фирму, изучают ее слабые стороны, а затем или скупают акции, а потом претендуют на управление, или же просто выходят на руководителя и предлагают ему отступные. А в крайнем случае могут захватить силой.