– Ты куда меня привез, окаянный? Я тебе деньги заплатил, а ты что, твою мать?

Водила тоже был не промах, хоть и возражал как-то невнятно, видимо, поняв, что зря связался с этим москвичом:

– Да ладно вам, возьмите свои вонючие деньги, только за бензин я удержу. И чего я в такую даль поперся! Дрыхнул бы себе спокойно дома... Свяжись с идиотом!

– Послушай, земляк, – не унимался Светлов. – Может, мы этот поворот проехали? Помнишь, в трех километрах отсюда был похожий знак?

– Да не тот это знак. Я здесь все дороги знаю, как свои пять пальцев. Вот там трасса заканчивается, будет мост...

Пока Светлов пытался выяснить с водителем отношения, Филатов осмотрел кузов и убедился, что все чисто. И, успокоившись, решил дождаться паузы в разговоре водителя и редактора.

– Да ладно вам! – неожиданно подал голос Филатов. На несколько секунд от неожиданности спорщики заткнулись. – Отстань от человека, – уже смеясь, произнес Филатов.

– Ах ты, скотина! – от избытка радости и злости редактор «Московского полдня» начал заикаться, но не нашел ничего лучшего, чем броситься на Филатова с кулаками. – Филатов, я тебя ненавижу! Ну что ты сразу не мог подать знак?

– Как видишь, не мог! И не устраивай истерики, Светлов. Дай лучше сигарету, а то уши вянут, как курить хочется.

Пока Светлов судорожно искал по карманам, а затем в барсетке сигареты, Филатов поздоровался с водителем и попросил его приглушить двигатель.

– На, окаянный! – уже вполне добродушно протянул сигареты Светлов. – Да как тебя сюда занесло? А ты знаешь, что тебя ищут? Ты в розыске. И, между прочим, я совершаю преступление, разговаривая с тобой, – не унимался Светлов.

– Ты бы лучше заткнулся на минутку, – неожиданно одернул Филатов своего приятеля. – Как я здесь оказался, рассказывать не стану. Нет времени. Потом расскажу. Короче, слушай меня внимательно. Мне нужны данные об Аганесяне. В частности, где живет. Какая у него охрана. Особенно интересуют его счета в банках.

– Ну, братец, – присвистнул от удивления Светлов. – Я не знал, что все так серьезно.

– Не паясничай, не до того, – раздраженно прервал его Светлов.

– Ты знаешь, сколько событий произошло за время твоего отсутствия?

Филатов всем видом показал, что не знает.

– «Фармацея» уже захвачена Аганесяном! – нервно произнес Светлов. – Конечно, он не афиширует, что это его рук дело. Конкретно за захватом стоит некий Армен, для обычных граждан... А что касается Аганесяна, он теперь большой человек, недавно возглавил совет диаспоры, на самом высоком уровне. У него большие связи в Москве и столичной мэрии. Мне, кстати, уже оттуда звонили и убедительно просили закрыть в газете тему НИИ, – пожаловался Светлов. – Иначе у газеты будут проблемы. Я уже сам, честно говоря, не рад, что впутал тебя во все это. Думаю, что тебе надо уехать из Москвы. О деньгах не думай, я все предусмотрел. Поживешь некоторое время на моей даче, тут недалеко. Там у меня надежная домохозяйка, лишнего не болтает, будет, кстати, барышня еще там. Всего тридцать, но выглядит на двадцать пять. Я ее предупредил, что у меня на даче может появиться мой приятель и что он поживет сколько надо.

– Меня твои бабы не интересуют, ты мне лучше скажи – хвоста и прослушки за тобой не водится?

– Ну, что ты! Я все понимаю. Кстати, на дачу ездил лично. Хвоста никакого не было. А с домохозяйкой, кстати, зовут Варварой, говорил лично.

– Ладно, верю, но не совсем, – вдруг засмеялся Филатов. – Кстати, а где ты такую тачку нашел?

– Я же тебе говорю, дубина, – явно повеселев, начал отвечать Светлов. – Это для конспирации! У знакомого на кольцевой я оставил машину на стоянке. А тут колхозничек подвернулся, я ему хорошие деньги предложил. Думал, что кинул меня мужик. Да, слава Богу, все нормально. – Ты-то сам как?

– В целом нормально, – сухо ответил Филатов.

– Аптечку привез. Да и не только. Вот, – в этот момент Светлов достал из-за пазухи какой-то предмет, завернутый в тряпье.

– Что это? – не удержался Филатов.

– Это газовый пистолет, – невозмутимо ответил редактор «Московского полдня». – Извини, настоящего у меня нет. Но, возможно, он тебе пригодится. Зарегистрирован на меня. Так что смотри осторожно!

– Ну, ты, Светлов, молоток! – поблагодарил Филатов.

– Смотри, это не игрушка, а оружие – полусерьезно предупредил его журналист.

– Ну и дурак же ты, Светлов, – не удержался Филатов. – Нет еще у тебя вкуса к настоящим стволам. Разве этот газовый – оружие? Вот «ПМ» хорош для ближнего боя. Старый «ТТ» – если, конечно, не венгерский, польский или китайский, а наш – куда лучше. По сути – знаменитый «браунинг» номер два, образца 1903 года. Сделан под ходовой патрон 7,62. В бутылочной гильзе мощный заряд пороха обеспечивает такую скорость удлиненной пули, что ее не сдержит ни один бронежилет. Чешская «шкода» неплоха, немецкий «зауэр», «магнум» тоже ничего... А лучше всего, конечно, – «маузер». Немецкая модель едва ли не начала века – любимое оружие чекистов и комиссаров, и мне по душе, – не удержался от сравнений Филатов. – Кстати говоря, по скорости полета пули, дальности и точности равных «маузеру» нет. Правда, громоздкий, в карман не спрячешь. Для таких, как ты, лучше всего старый добрый «наган». Убойная сила, стартовая скорость пули – больше не надо. Зато гильзы не придется собирать – в барабане остаются...

– Да ладно тебе, – прервал улыбающегося Филатова Светлов. – Знаю, что тебя хлебом не корми, а дай об оружии поговорить. Да, кстати, привез тебе продукты, в машине, целый пакет, – попытался сменить тему редактор Московского полдня. – Перекусишь и дуй ко мне на дачу. Там переждешь некоторое время. Пока страсти улягутся. А потом все будет нормально.

– Ладно, отчаливай. Я в ближайшее время дам о себе знать.

– Ты что, уже меня выгоняешь? – с обидой в голосе спросил Светлов.

– Нет, конечно, дружище, – Филатов похлопал Светлова по плечу. – Но главное другое, – о розыске и прочих страхах не волнуйся, пока я тебе ничего сказать не могу, но у меня не все так плохо, как могло быть. Узнай то, о чем я тебя попросил. Да, кстати, Светлов, может ты и хороший журналист, но носить оружие ты так и не учился. Ну, все, больше нет времени с тобой лясы точить, дуй домой!