Шрифт:
Испуганный до потери сознания он испустил густую вонь…
Антон брезгливо отшвырнул его в сторону.
Мысленного контакта не получилось. Он едва не задушил своего невольного спасителя. Мгновенная вспышка ярости убила в нем способность общаться на уровне мыслей…
Злой на самого себя, он отошел в сторону, пытаясь унять участившееся дыхание.
Твари…
Его душа ходила по кругу, словно дикая лошадь, впервые загнанная в манеж и крепко привязанная к вбитому в центр колу. Хлесткий удар бича, и вот она уже неслась по порочной кривой, от щемящей любви до необузданной ненависти, но весь ее путь был замкнут сам на себе и заранее предопределен длиной привязи и ритмом хлестких ударов бича…
Отдышавшись, он отошел в сторону, чтобы не видеть скорчившегося инсекта.
Привалившись спиной к посеченной броне перевернутой машины, Антон пошарил по карманам. Там нашлась одна-единственная сломанная сигарета. Прикурив, он заглянул в обгорелое нутро через уродливую дыру, красовавшуюся на месте сорванной взрывом башни.
Что ж… возможно, его путь действительно был предопределен. Что толку с того, что он вспомнил? Разве это принесло какую-то радость? Нет, лишь очередное, щемящее чувство утраты… Разве мог он поручиться, что все его воспоминания не бред, рожденный контузией?
Антон присел на корточки и задумался. Действительно ли он видел сквозь прорехи листвы это до боли знакомое и в то же время — чужое лицо?
В конце концов, его снова начала разбирать злость. Раз он не может понять самого себя, так зачем он торчит тут, на позиции растерзанного взвода, в то время как инсекты неумолимо движутся к Городу? Что он пытается вообразить, когда судьба подарила ему жизнь и взамен от него требуется лишь одно — принять очевидный ход событий, попытаться вернуться в Город, найти Дану… сделать именно то, что ПОЛАГАЕТСЯ.
Отбросив окурок, он влез в раскаленное нутро бронемашины.
Ему было необходимо что-то делать, занять себя работой хоть на минуту…
Пошевелив рычагами управления, Антон выглянул через разбитый триплекс. Огромные литые колеса, резина которых оказалась лишь слегка оплавлена огнем, послушно двигались. Он осмотрел проводку в поисках повреждений, но внешне все выглядело вполне исправным. Тогда он отыскал глазами кнопку стартера и нажал.
Двигатель заваленной набок машины заскулил, раскручиваемый пусковым устройством, потом несколько раз чихнул и завелся.
Антон поспешно заглушил его.
Работает…
Он вылез наружу и отошел в сторону, пытаясь сообразить, как вернуть покалеченный бронетранспортер в нормальное, вертикальное положение.
Озираясь по сторонам в поисках достаточно длинного и прочного рычага, он зацепился взглядом за туманный горизонт и вздрогнул.
Там, где вчера был лес, теперь простиралась дымящаяся, обугленная гарь, а дальше за ней маячили смутные контуры шпилевидных построек.
Это были руины древнего города инсектов, еще несколько часов назад скрытые зыбкими полосами исчезающего на глазах тумана.
Антон впервые воочию видел их. Он непроизвольно потянулся к поясу и поднял к глазам электронный бинокль. Контуры древних руин рванулись навстречу, а вместе с ними…
…Мерно покачивалась хитиновая спина…
Мерзкий запах лез в ноздри, и от него выворачивало голодный желудок… Ребра пластиковой двери врезались в задеревеневшее тело, а под проволочными путами руки и ноги нестерпимо горели…
— Мамочка… — отчаянно шептали растрескавшиеся, пересохшие губы мальчика, накрепко прикрученного к спине насекомоподобной твари…
Мимо проплывали смутные очертания каких-то разрушенных построек, выполненных из черного и серого материала, похожего на полированный пластик… Здания хоть и пострадали от времени, но все еще хранили на себе печать величественной, вдумчивой и какой-то печальной красоты…
Тут не было острых углов и ломаных линий. Плавные волны застывшего камня лениво текли к серым осенним небесам, витиеватые спирали шириной в десятки метров медленно закручивались в развязки дорог; кое-где на овалах террас виднелись голые ветви деревьев…
Антон едва не выронил бинокль, когда это воспоминание, отчетливое, ясное, встало перед глазами, наложившись на панораму древних руин…
Это был тот самый город, по которому шесть лет назад его волокли инсекты…
Значит, где-то рядом находится древний форт, куда упал посадочный модуль «Терры»…
ЭТО БЫЛА ЕГО ПАМЯТЬ!..
Развернувшись, Антон бросился назад, в траншею. Он больше не мог выносить этой неопределенности.
Присев подле скрученного ремнем инсекта, он развязал его.
Тот, почувствовав, как упали путы, резко отпрянул.
Антон, машинально наматывая на кулак пропахший отвратительными выделениями ремень, не отрываясь, смотрел на него, стараясь сформулировать ясную, предельно короткую мысль.
«Где живут твои боги?»
Инсект вздрогнул, поджимая суставчатые конечности. Казалось, что он вот-вот впадет в кому.
Антон, снедаемый нетерпением, едва не сорвался вновь.
«Боги, высшие существа, правители…» — мысленно перебирал он все знакомые ему и подходящие по смыслу термины.