Кровь сочилась с разбитых губ, сердце вдруг отказалось биться, на секунду прервав ритм глухих ударов…

— Минус двадцать минут… — пришел издалека голос РИГМЫ, — осталось два механизма поддержки…

За спиной — шелестящий свист рассекаемого воздуха, какой-то скрежет в сопровождении нечеловеческого крика, похожего на вой…

Сердце наконец глухо стукнуло, в разорванные болью легкие вошел драгоценный глоток воздуха.

Он со стоном перевернулся на спину и увидел, как над ним, медленно поворачиваясь, летит отсеченная голова ганианца…

В камере, которую он успел открыть, содержали инсектов.

Ксенобиологи, изучавшие эту расу, оказывается, ни хрена не знали о них, утверждая, что насекомые лишены человеческого эквивалента чувств и по образу своего мышления больше сродни машинам.

Глаза Антона непроизвольно следили за нереальным, медленным полетом снесенной с плеч головы, а в его сознании вдруг сформировался образ чудовищной хитиновой маски, которая улыбалась своими жвалами.

«ДРУУУГ…»

С лязгом отлетел замок второй камеры, Антон привстал на одно колено, сбоку ему помогали встать страшные, покрытые хитиновыми зазубринами конечности.

«Выпускайте пленных, всех, кого сможете, — мысленно произнес он. — Сбор в главном шлюзовом зале».

Во второй камере, замок которой снесли инсекты, были заключены трое изможденных людей.

Несмотря на страшную худобу, они тут же кинулись наружу, перешагивая через изрубленные инсектами тела ганианцев с единственной целью — подобрать валяющееся на полу оружие.

Третья камера оказалась пустой.

Взглянув на собравшуюся подле него группу, состоящую из трех человек и четырех инсектов, Антон принял мгновенное решение. Отсюда в глубь тюремного комплекса уходило два тоннеля. Он нашел глазами наиболее изможденного из людей и сказал:

— Иди вверх по коридору до развилки. Там девушка и сфероидный робот. Поможешь им удержать позицию. Всех освобожденных, кто станет подниматься из тоннелей, направляйте в главный зал, там к шлюзу пристыкован корабль.

— А мы?

— Двое пойдете со мной. Мы по правому коридору, инсекты по левому. Убивать всех ганианцев, открывать все камеры с заключенными.

Последняя фраза была явно излишней.

— Минус двадцать пять минут. Все механизмы поддержки потеряны. На борт начали поступать освобожденные узники.

Голос РИГМЫ бился в коммуникаторе поврежденного шлема.

У них осталось всего пятнадцать минут…

— Лана?

— Да, Антон.

— Ты как, держишься?

— Все в порядке. Я дождусь тебя.

Коридор, по которому бежал Антон в сопровождении двух освобожденных узников, казался бесконечным. Не было ни боковых ответвлений, ни дверей, зато внизу слух улавливал отчетливые звуки автоматной стрельбы, и было непонятно, то ли их опередили инсекты, двигавшиеся по другому тоннелю, то ли в недрах тюремного комплекса кто-то сам инициировал бунт, сориентировавшись в происходящих событиях.

Наконец этот проклятый коридор закончился.

Впереди был огромный зал, естественная полость в теле астероида, куда вливались пять тоннелей, прорубленных в скальном монолите.

— Патроны беречь! — крикнул Антон своим задыхающимся спутникам.

Боль в спине уже приутихла, и он ворвался в зал перекатом. Навстречу хлестнула автоматная очередь, но она прошла выше. Припав на колено, Антон срубил оказавшегося на пути ганианца, вогнав в него два последних патрона, резко сменил магазин, передернул затвор, оглянулся и понял, что выпущенная по нему очередь достала одного из бежавших сзади — истощенный человек, имени которого Антон не знал, лежал на каменном полу, раскинув костлявые руки, и уже не шевелился.

Второй его спутник куда-то исчез, затерявшись меж нагромождением обтесанных каменных блоков: в этом зале ганианцы, видимо, затеяли какую-то стройку.

По всему пространству пещеры шел беспорядочный бой. Неизвестно, кто и как освободил тут узников, но ганианцам, большинство которых засело в стенах недостроенного здания, расположенного в центре пещеры, приходилось отбиваться от яростного напора людей и инсектов.

Автоматные очереди сотрясали пещеру глухим рокотом, в этом хаосе было сложно разобраться, но нужно было выводить людей из недр астероида — у них оставалось совсем мало времени до того момента, как каменная глыба и состыкованный с ней «Светоч» выйдут из спасительной газопылевой вуали, которая блокировала связь и не позволяла остальным силам кланов Ганио понять, что тюремный комплекс подвергся атаке.