Расходились затемно. Мистер Хамфри самую чуточку пошатывался, утомленный как общественной бурной деятельностью, так и джином, однако держался браво.

— Одного я не пойму, — словно бы в задумчивости сказал капитан. — Такое строительство должно проглотить уйму денег. А у лорда Бэннинга, насколько я слышал…

— Между нами, джентльмены, у лорда Бэннинга ветер давненько уж посвистывает в карманах, — фыркая и похмыкивая, охотно подхватил мистер Хамфри. — Такова уж сложившаяся в прошлом веке семейная традиция, хо-хо! Нам всем самим удивительно было, что его светлость где-то раздобыл этакие деньжищи… а он их, несомненно, раздобыл — какой подрядчик будет возводить этакую махину в кредит? Нет уж, он непременно наведет сначала справки о клиенте и его финансах… Будьте уверены, такое дельце можно провернуть, только аккуратно платя наличными или обеспеченными чеками.

Поручик не впервые уже подумал, что краснолицый деревенский житель абсолютно прав. По первоначальным сведениям, нынешний лорд Бэннинг, если отбросить уклончивые обороты авторов великосветских справочников и называть вещи своими именами, гол, как сокол. Денег арендаторов еще хватит, чтобы одеться и прокормиться, однако постройка башни и электростанции потребовала немалых вложений, и вряд ли кто-то взялся делать это в кредит. Следовательно, за лордом стоит некто, располагающий солидными финансами. Кто именно, предстоит выяснять как раз им. Чтобы узнать это с помощью аппаратуры наблюдения, придется потратить не часы — дни — а всех сжигает нетерпение поскорее добиться какого-то результата. В этот самый час в это самое место они могли бы и отправиться, скажем, неделю спустя — но мало ли что может произойти за эту неделю в новом, неправильном грядущем. Гораздо практичнее выходило отправить в былое путешественников, чтобы они все на месте и выведали — поскольку путешественники ничего не имели против, сами рвались…

— Ходят слухи, что его светлости удалось уговорить какого-то чудаковатого миллионера, — сказал мистер Хамфри, почесывая роскошные бакенбарды. — Тот вроде бы и отвалил денежки, не считая. Каннингем его вроде бы видел — этакий расфуфыренный павлин в «Роллс-Ройсе», с шофером в ливрее. Только это вовсе необязательно тот самый миллионер… Ну, вот я и пришел. Всего хорошего, джентльмены, рад был познакомиться. Жду вас завтра в «Лисе и собаке» — вдруг да окажется время поговорить и о Черных Псах.

Он приподнял котелок, поднялся на крылечко двухэтажного домика, где не горело ни одно окно, стал рыться в карманах в поисках ключа. У него были свободные повадки человека, не опасающегося выволочки от суровой супруги, — то ли холостякует, то ли его дражайшая половина привыкла к подобному времяпровождению мужа…

Они пошли дальше по неосвещенной улочке. Где-то на окраине деревушки лениво побрехивала собака (как-то иначе, чем дома), слева высоко в небе стояла почти полная Луна, теплая ночь казалась покойной и безопасной.

— А что это за Черные Псы? — спросил поручик.

Капитан хмыкнул:

— А это такие призраки в виде огромных черных собак. Считается, попадаются порой на дорогах. Вот я и рассудил, что джентльмен, пишущий о них книгу, никого в глуши не удивит и не заставит насторожиться. Это, как выразился бы мистер Хамфри, полезное чудачество или, по крайней мере, никому не вредящее… Ну что же, возвращаемся в гостиницу?

Поручик усмехнулся:

— У вас какой-то неуверенный тон. Словно вы намерены предложить более интересное занятие.

— А вам ничего не приходило в голову, поручик?

— Приходило, а как же, — сказал Савельев. — Я бы рискнул подобраться поближе к особняку и ночной порой высмотреть, что удастся. Вдруг да увидим что интересное… Однако я соблюдаю субординацию и прекрасно помню, что старшим назначены вы.

Капитан коротко рассмеялся:

— Старшему, да будет вам известно, пришла в голову та же самая мысль… Рискнем, господин поручик? Не думаю, чтобы там расхаживали часовые с ружьями и собаками — мы как-никак в доброй старой Англии, имей место что-то подобное, о таком непременно бы сплетничали, а мы не слышали ничего похожего. Мне представляется, что лорд вынужден соблюдать некие приличия. В конце-то концов, вооруженная стража, обходящая ночью дозором поместье, плохо сочетается с мирной башней, якобы предназначенной для передачи посланий обитателям иных миров… Нечто нетипичное для нынешней Англии. Я здесь работаю три года, в самых разных временах, приобвыкся, изучил туземные обычаи… Уговорил я вас?

Поручик усмехнулся:

— Уговорили. Благо я и не собирался ломаться. Правда… Там может оказаться не человеческая стража, а другие…

— Вас это останавливает?

— Ничуть. Мы все равно заметим их первыми, и вреда они нам причинить не смогут…

Капитан сказал наставительно:

— Только, я вас прошу, постарайтесь не устраивать перестрелок с альвами, если они там все же сыщутся. Мы, собственно, уже сейчас можем высадить сюда десант и разнести башню на куски, но прежде нужно выяснить точно, кто за всем этим стоит…

Савельев усмехнулся:

— Вы считаете меня азартным мальчишкой? Могу напомнить: когда я первый раз столкнулся с альвами и учился с ними воевать, вы наверняка еще пешком под стол ходили…

— Да, конечно… Тысячу раз простите, поручик, но я, право же, никак не могу привыкнуть… Мне постоянно хочется вас опекать.

— Ах, вот оно в чем дело… — сказал Савельев без всякой обиды или раздражения. Скорее уж, ситуация его смешила. — Мы для вас — что-то вроде смешных прадедушек? Признавайтесь уж.