Через пару часов, когда пустынный вездеход выполз на дорогу, энергетическая активность в грузовом отсеке вновь упала до фоновых значений.

Пятеро «пленников» переключились в режим пассивного приема.

Четыре сбойных сервомеханизма и один киборг, не сумевший перенести гиперпространственного перехода.

Именно такую картину, по замыслу Русакова, должны увидеть те, кто контролирует портал.

Захриб, удобно расположившись на возвышении среди подушек, пил чай, наблюдая, как его люди внесли в богато обставленное помещение четырех неисправных андроидов и девушку-киборга, с которой уже содрали скафандр.

– Хорошо, Дарик. – Он даже привстал, чтобы получше рассмотреть трофеи. Особенно киборга. – Ты отлично справился со своей задачей. А теперь иди.

Отправив с глаз долой слишком смышленого в некоторых вопросах Дарика, Захриб включил ГЧ-коммуникатор.

Ему не нужно было готовиться к предстоящему разговору. Он все обдумал заранее и лишь ждал, пока из пустыни придут долгожданные вести.

– Олмер? Здравствуй, дорогой.

Неподвижные «трофеи» не выглядели опасными. Ганианец обращал на них внимания не больше, чем на мебель. А зря. Системы пассивного сканирования андроидов ловили каждый звук.

В объеме включившегося голографического монитора возникло изображение Олмера.

– Захриб? Что случилось? – Олмер тут же почуял неладное. – Ты ведь получил обещанный товар?

– Конечно, получил. – Лицо ганианца внезапно приняло скорбное выражение. – У меня несчастье в семье. Ты, наверное, слышал: Конфедераты арестовали моего старшего сына. Обвинили в терроризме ни в чем не повинного мальчика и теперь хотят отправить его в криогенную тюрьму.

– Сочувствую, Захриб. Извини, я не знал о твоем горе, – сдержанно ответил Олмер.

– Такой занятой, да? Совсем новости не смотришь?

Олмер промолчал. Отвечать на подобные вопросы, заданные с откровенной издевкой, он не собирался. Если ганианец вышел на связь, значит, у него есть конкретное дело.

– Я хочу вернуть сына, – неожиданно произнес Захриб, при этом из его голоса исчезли все наигранные интонации.

– Не знаю, как тебе помочь. – Олмер развел руками, стараясь скрыть замешательство.

– Не знаешь? Я тебе подскажу. – Захриб сел на край устланного коврами возвышения. – Ты убил своего отца. Ты послал киборгов убить своего брата. Ты похож на пустынную крысу, которая нападает темной ночью, бросаясь на спину своей жертве.

– Думай, о чем говоришь! – попытался осадить его Олмер, но ганианец лишь нагло улыбнулся в ответ:

– Я думаю. А вот ты – нет. Послал мне десять наложниц и решил, что купил целый клан? Мне не нужны подделки. Даже такие искусные в любви, как твои женщины-киборги.

Олмер побледнел.

– Что ты с ними сделал?

– Пока – ничего. – Захриб презрительно скривил губы. – Только приказал своим людям хорошенько исследовать их и удалить терминирующие программы, которые ты все же умудрился впихнуть в предложенный мне товар. Теперь, если мы не договоримся, я подумаю, не послать ли парочку наложниц лично президенту «Нейл Индастри»? Думаешь, он обрадуется, когда узнает, как легальную продукцию его корпорации изменяют созданные твоими кибрайкерами программы?

Нужно отдать должное – Олмер выдержал удар, лишь на бледных щеках появились пунцовые пятна.

– Ты ничего не докажешь! – хрипло ответил он.

– Я и не собираюсь ничего доказывать. С тобой разберутся и без моих доказательств. Главное – направить гнев сильных людей в нужное русло.

– Они меня не достанут. Нет доказательств, что программы созданы моими людьми. Даже записи наших разговоров не имеют нужной силы. Конфедерация не вмешается, а корпоративной войны я не боюсь.

– Почему ты решил, что конфедераты не заинтересуются тобой?

– Им нужны аргументы. Очень веские аргументы.

– А ты посмотри сюда. – Захриб кивнул одному из своих людей, и тот услужливо переместил передающее устройство так, чтобы канал гиперсферной частоты крупным планом передал лицо Ольги.

– Никого не напоминает? – ехидно спросил из-за кадра Захриб.

Олмер потрясенно молчал.

– Понимаю. Убив твоего брата, изделие было обязано самоуничтожиться, верно? Сначала выбраться из системы Ожерелья, доложить тебе о выполнении, а потом ликвидировать себя. Не вышло. Она отключилась при обратном переходе. Мои люди выкопали ее из-под песков. Как ты думаешь, что сейчас содержат блоки ее памяти? А лицо? В отличие от тебя, я слежу за галактическими новостями. Она очень похожа на некую Ольгу Нечаеву, пропавшего пресс-секретаря сенатора Столетова. Ее ищут. И найдут.

– Чего ты хочешь?! – не выдержав, рявкнул Олмер.

– Я же сказал: вернуть свободу своему сыну. И не повышай голос, а то пришлю своих бойцов, они и без доказательств перережут тебе глотку. А теперь слушай внимательно. Даю тебе сутки. Да, ты не ослышался – всего одни сутки. Кибрайкеры могут и не поспать одну ночь. Ты дашь им задание – написать боевую программу, совместимую с системой серийных человекоподобных машин. И дополнишь ее модулем скрытого внедрения. Мне нужно, чтобы по команде через сеть все, повторяю – ВСЕ киборги последнего поколения, произведенные на заводах «Нейл Индастри», взяли в заложники собственных хозяев и перешли в подчинение тому, кто знает определенную командную последовательность. Только не надо говорить, что мои требования невыполнимы. Защита серийных моделей киборгов давно взломана твоими кибрайкерами. А написать дополнительный программный модуль для них несложно.