— В Лондоне есть один врач. У него какой-то совершенно новый подход. Всё может получиться… а может — нет. Он был со мной совершенно откровенен.

— Лукас! И ты вот так запросто об этом говоришь?

— Вообще-то я отношусь к этому не с такой лёгкостью. Я встретил этого доктора, когда был в Лондоне, разыскивая сведения о пьяном матросе. Можно сказать, одним выстрелом убил двух зайцев.

— И ты только сейчас сказал мне об этом!

— Я подумал, что мне следует объяснить своё отсутствие. А то ты подумаешь, что со дня на день получишь от меня сообщение: «Немедленно приходи. Убийца найден». Или что-то в этом роде.

— Не шути так, Лукас, прошу тебя.

— Хорошо. Знаешь, у меня ведь очень плохо с ногой. И становится всё хуже. А тот человек очень хороший хирург, разработал несколько новых методов. Увы, он не может подарить мне новую ногу, но, может быть, ему удастся что-то сделать. Если всё пройдёт успешно, я буду чувствовать себя получше. Только я всегда буду немного прихрамывать. Но я твёрдо решил рискнуть.

— Лукас, это опасно.

Он колебался секунду, которая показалась вечностью.

— О нет. Я и так уже калека, хуже не будет, но…

— Скажи мне правду.

— Ну, если говорить правду, я и сам ещё не знаю всего. Но есть всё-таки хоть какая-то надежда… пусть маленькая… но я хочу воспользоваться этим шансом.

— Почему же ты не сказал мне этого раньше?

— Я не был уверен, решусь ли на эту операцию. А потом подумал, почему бы и нет?

— И я занимаюсь всем этим, когда твои мысли заняты операцией!

— Твоя забота глубоко меня трогает, Розетта, — серьёзно сказал он.

— Конечно, я за тебя переживаю. Очень.

— Я знаю. Итак, через несколько дней я уеду.

— Как много времени это займёт?

— Точно не знаю. В случае успеха, возможно, месяц. Я буду находиться в клинике у этого доктора, на Харлей-стрит.

— Я даже думать боюсь, что тебя здесь не будет.

— Обещай мне, что ты будешь осторожна.

— В своих поисках? Конечно.

— Старайся действовать незаметно и не слишком надейся на сплетни прислуги.

— Я обещаю тебе, Лукас. Ты дашь мне адрес клиники? — Он вытащил клочок бумаги из портмоне и записал адрес. — Я приеду тебя навестить.

— Мне будет приятно.

— Я буду поддерживать связь с Карлтоном. Как он отнесётся к твоему отъезду?

— Не думаю, что моё присутствие здесь как-то особенно влияет на него. Это не поможет вернуть Терезу. С ним всё будет в порядке. Он уйдёт в работу, а это для него самое лучшее.

Эта неожиданная новость повергла меня в мрачное настроение до конца дня. Как это похоже на Лукаса. Что это за операция? Опасна ли она? Если опасна, он ни за что не скажет об этом. Я испытывала беспокойство.

Мы вышли из харчевни и направились к конюшням.

— Я провожу тебя до Пэрриваля.

Мы ехали молча и вскоре добрались до дома.

— О Лукас, — сказала я. — Мне бы хотелось, чтобы ты остался. Я буду очень скучать по тебе.

— Я это запомню. Пройдёт не так много времени, и ты увидишь, как к харчевне скачет галопом… другой человек.

Я печально посмотрела на него.

— Розетта, я серьёзно беспокоюсь за тебя. Будь осторожна. Оставь поиски до моего возвращения. Это самое лучшее.

— Я буду осторожна, Лукас.

Он взял мою руку и поцеловал её.

— Au revoir, Розетта.

* * *

Я чувствовала себя подавленной. Встречи с Лукасом так много значили для меня. Лишившись их, я совсем расстроилась. Кроме того, я беспокоилась за него. Видимо, он не всё рассказал мне об операции.

Когда мы с Кейт прогуливались верхом на лошадях, я предложила ей как-нибудь заехать в Тренкорн Мэнор.

— Это довольно далеко. Мы не можем отправиться туда после обеда. Почему бы нам с тобой не устроить на денёк выходной? Я попрошу леди Пэрриваль, чтобы она нам разрешила.

Кейт очень обрадовалась, и, как я и предполагала, разрешение матери было получено без труда.

Мои успехи в верховой езде значительно улучшились, и теперь я легко могла совершать длительные прогулки. Кейт тоже с этим справлялась.

Мне было приятно, что она так обрадовалась моему предложению.

— Выглядит довольно внушительно, — сказала она, увидев дом. — Не так, конечно, внушительно, как Пэрриваль, но тоже неплохо.

— Я уверена, Лоримеры будут рады вам.