Она с благодарностью улыбнулась.

– Но мы не можем оставить их безнаказанными. Что нам делать?

– Наказание для восьми бродячих магов, – задумчиво проговорил Рейф. – Наверное, мы могли бы послать их совершить героический поход.

– Или, – произнесла Домино, и в ее глазах зажегся коварный зеленый огонек, – мы могли бы записать их в нашу роту, со всеми вытекающими отсюда обязанностями и ограничениями.

Рейф ухмыльнулся.

– Да, бродягам это должно быть ненавистно. Пойду и предложу им возможность записаться в армию – с вашего позволения, сэр.

Домино потянулась.

– Да, мне такое решение нравится. Когда появится сержант Колум, пусть новобранцам выдадут форму.

В тот вечер, когда они с Джордом отдыхали, Домино позволила себе признаться в последних сомнениях.

– Сохранить свиток Гвайкандер недостаточно, – объяснила она Джорду, – нам необходима возможность применить его против Каларана, а мне почему-то не верится, что он собирается стоять смирно, пока ты будешь читать над ним текст магического заклинания.

– Ты могла бы прижать его к полу, – предложил Джорд, показывая, как именно, – и тогда я бы прочел свиток.

– Могла бы, – согласилась Домино высвобождаясь. – Рэнго не так уж силен. Но сомневаюсь, что нам удастся подобраться к нему так близко, когда он один. Обычно в последнее время рядом с ним всегда находятся один-два гвардейца.

– Нам нужна такая ситуация, когда мое чтение вслух не покажется странным, – сказал Джорд. – Я мог бы организовать поэтический вечер с чтением стихов.

– На древнетермеанском? – Домино покачала головой. – Сомневаюсь. Каларан никогда не был глупцом.

– Древнетермеанский язык используется не часто, Доми, только во время торжественных церемоний и тому подобного.

– Церемоний, – повторила Домино. – Например, во время бракосочетания и коронации.

– Здорово придумано, Доми. – Он чмокнул ее в нос. – Только меня вряд ли попросят проводить обряд бракосочетания. Верховный Жрец стар, но не так дряхл, чтобы не заметить, что ему подменили текст. Осмелимся ли мы посвятить его в наши планы?

– Нет, – решительно ответила Домино, – в Храме могут оказаться подкупленные люди. Я могла бы доверить эту информацию очень немногим людям – к несчастью, они сейчас разбросаны по разным уголкам королевства.

– И вероятно, не случайно, – заметил Джорд. – Но ними трудно будет связаться.

– Трудно, – с улыбкой возразила она, – но не невозможно. Похоже, Каларан перестарался, отправив с нами Пиггона. Нам надо заставить его передать для нас сообщение. Придумаем какой-нибудь невинный предлог, например, что мы готовим сюрприз для жениха и невесты.

Джорд с восхищением покачал головой.

– Какая ты молодец. Домино. И кстати, не кажется ли тебе, что сейчас уже поздно думать о делах?

– О делах Каларана, – согласилась она, прижимая его к себе.

– Доми, – прохрипел он, – ты мне ребра сломаешь.

На следующее утро Домино постаралась отловить Пиггона.

– Что ты думаешь насчет наших новых рекрутов? – спросила она его, дружелюбно улыбаясь. – Должна признать, что твоя служба у нас навела меня на мысль подкрепить роту силой магии.

Пиггон расцвел.

– Мне кажется, вы мудро поступили. Мы передвигаемся даже быстрее теперь, когда вы их призвали. Я известил принца о предполагаемой дате нашего прибытия и полагаю, что дата коронации будет назначена в соответствии с этим.

Домино удержала на лице улыбку.

– Чудесно! Конечно, поскольку мы с Джэнси состоим в свите невесты, то с окончательными деталями придется подождать нашего возвращения.

– Действительно. – Пиггон кивнул. – Я говорил на днях со Сквиллом, и он сказал, что Джэнси выражала некоторую озабоченность тем, что разлучена с принцессой в столь важное время. Крапчатый, конечно, будет шафером жениха. Подозреваю, что даже этот очень странный Гар Квитник должен сыграть свою роль.

– Может, он займется жертвоприношениями, – предположила Домино. – У него и правда несколько странный взгляд на смерть.

– Взгляд художника, – согласился Пиггон, слегка содрогнувшись. – Я разговаривал об этом со Спайдо.

– Гм, – отозвалась Домино, стараясь говорить небрежно, – так ты беседуешь с остальными?

– Иногда, – ответил Пиггон. – У нас гораздо больше общего друг с другом, чем, например, у меня с вашими солдатами.

Домино придала лицу еще более приветливое выражение и заставила Злюку подъехать поближе к лошади Пиггона, так что теперь они ехали, почти прижавшись боками.

– Пиггон, ты умеешь хранить тайны? На лице мономага отразилась борьба любопытства с его обычной презрительной заносчивостью.