– Слишком велика ставка, чтобы кого-то заставлять работать по принуждению. Все гораздо проще. Серов авантюрист, профессиональный солдат. Он любит и умеет воевать. Ему нравится такая жизнь. Это доказывают его постоянные стычки с самопальными рэкетирами. Ему нравится риск.

– Одним словом, наемник! – презрительно фыркнула женщина. – Но как мне известно, эти солдаты удачи всегда интересуются чужими делами.

– Про Серова я бы этого не сказал, – хрюкнул смешком Петрович.

– Хотите сказать, что он не интересовался, какая работа его ждет? – недоверчиво посмотрела на него Нурия.

– Его волновало только одно. О чем он и спросил. Сколько? – улыбнулся Любимов.

– Что сколько? – не поняла женщина.

– Ему заплатят.

– И все? – брюнетка приподняла брови. Увидев утвердительный кивок седой головы, она пренебрежительно махнула рукой. – Я же говорила, пес войны, дикий гусь.

– Не спеши с выводами. – одернул ее Петрович. – Этот парень имеет свое мнение. И если он уверен в своей правоте, ему плевать, кто его оппонент и что о нем думают окружающие. Ты это учти. На этом можно сыграть. А ты вечером, перед сном, почитай его дело. Поинтересней Дюма будет.

Фаина с интересом смотрела на работавших с полной выкладкой и жестким контактом плечистых парней в кимоно.

– Я возьму вон тех, – решила она, показывая на отошедших к стене троих здоровенных парней.

– Ладно, – с плохо скрытым сожалением ответил Боярин. Увидев смеющиеся глаза женщины, огорченно вздохнул.

– Умеешь ты выбирать. Лучших берешь. Хотя, – он, внезапно повеселев, широко улыбнулся. – На такое дело и нужны лучшие!

Мужчина пронзительно завизжал и, повернув к стоящему рядом Любимову окровавленное, распухшее лицо, отчаянно закричал:

– Не знаю я! Поверь, Петрович! Я правду го… – страшный удар ногой в низ живота согнул его в комок страдающей плоти. Рослый парень с рваным шрамом на левой щеке, пригладив жесткой ладонью короткие черные волосы, удивленно пожал плечами:

– Молчит сука! И ток по яйцам гоняли, и паяльник в задницу – молчит. Что делать-то? – его светло-серые глаза с хищным прищуром вопросительно остановились на лице Любимова.

– Может, и правда, он ни при чем? – задумался тот, отворачиваясь от изуродованного, окровавленного тела мужчины.

– Продолжать? – услышал старик голос парня, который прижав рукой в резиновой перчатке оголенные провода к черным, обоженным пяткам лежащего человека, держал в друго руке штепсель. Поняв взгляд Любимова как разрешение, он сунул вилку в розетку. Раздался истошный, нечеловечески вопль. Неприятно запахло паленым.

– Ладно, – брезгливо зажимая нос, смилостивился Петрович, – пусть сдохнет.

Уходя, он услышал голос парня:

– Накачать, когда придет в себя, водкой. Деньги, и побольше, в карман. Документы, часы и все остальное тоже. И где-нибудь подальше от города под поезд.

– Страшила умеет не только ломать, – удовлетворенно улыбнулся Любимов.

– К вам Руди, – сообщил ему стоявший у двери телохранитель.

– Проводи ко мне в кабинет, – бросил старик на ходу.

– Вот такие дела, – откинувшись на спинку стула, пытаясь угадать ответ, Андрей внимательно смотрел на крепкого, с загорелой лысиной мужчину. Чуть выступающая вперед тяжелая челюсть и тонкие, плотно сжатые губы делали его упитанное лицо грубым. Твердый взгляд бледно-голубых глаз свидетельствовал о решительности и жестокости человека.

– А что с этого буду иметь я? – как-то спокойно, даже равнодушно поинтересовался лысый.

– Она узнает у Маркизы, все сообщит тебе, а уж дальше-то ты сможешь, – усмехнулся Зубков. – Куш пополам.

– За колхозника меня держишь? – добродушно спросил мужчина. – Работа моя, а ты отстегнешь мне лимон, и все, мол, половина, – он чуть наклонил вперед крупное, мощное тело. – Темнишь, Лорд. Неужели думаешь, что на мне заработать можно?

– Ты тронулся там, с зэками, – засмеялся Андрей. – Я тебе дело предлагаю. Понимаешь, – он до шепота понизил голос: – у Петровича на Кольме застрял груз. Какой-то чемодан. Пока не ясно, что за товар, но прикинь своим лысым черепом. Любимов мелочиться не будет.

– С этого бы и начинал, – в светло-голубых глазах появился интерес. – И все-таки объясни, что с этого буду иметь я?

– Будет товар, найдем покупателя. А цену будем запрашивать вместе.

– Лады, – согласился лысый. – Чего для кореша не сделаешь. Но я что-то не понял насчет Надюхи? Она в доле или сбоку припека?

– Надька с Маркизой в хороших отношениях. Подругами были. Ей Машка и разложит все по полочкам. А иначе – пустой номер. Сами-то мы на Колыме ни хрена узнать не сможем.