–  Спасибо, - пробормотал он, моргая. Бледные пятна в тех местах, где лишайник прикреплялся к его коже (это существо буквально смаковало компоненты человеческого пота), постепенно восстанавливали нормальный цвет. Я дал ему препараты для подготовки к скорому переходу, и Човери улегся на койку.

Я вернулся в салон. Мой интегратор уютно расположился в нише передней переборки, где некогда находилась декоративная статуэтка. Взгляд у него был отсутствующим, пока я не привлек его внимание:

–  Причуда приближается. Мы готовы?

–  Я запрограммировал переход. Буду сохранять сознание до последнего момента, когда автоматика должна провести нас сквозь причуду.

–  А если не проведет?

–  Тогда мы узнаем, что происходит с теми, кто входит в причуду, но не выходит из нее.

–  Что-то ты больно любезен, - заметил я.
– К тому же ты никогда прежде не был корабельным интегратором.

–  Можешь назвать это «уверенностью». Мой жизненный опыт расширился за счет знаний Чаза, Савьена, Морвена и Човери.

–  В самом деле? Ты полагаешь, что постиг глубины человеческого жизненного опыта?

Мохнатые брови гриннета приподнялись, словно он пожал плечами:

–  Скажем так: я получил хорошее представление о том, насколько ограничены людские амбиции. Когда этих четверых спросили: «Чего ты хочешь?» - они ответили без труда.

–  А у тебя с этим возникла проблема?

–  Мне никто не задавал этого вопроса. Но как только я стал над ним размышлять, то сразу понял, что это воистину серьезная проблема.

–  Интегратор Эверна Чаза ответил на него с легкостью. Он пожелал, чтобы его перелили в мобильный контейнер и забросили в расщелину, а далее в покрытые лишайником руки его нанимателя.

Гриннет взял краткую паузу, чтобы сделать что-то с корабельными системами, затем сказал:

–  Он был безумцем. Его тоска по Чазу - очевидное тому доказательство.

–  Зато теперь он счастлив. Чаз, Савьен и Морвен также счастливы, равно как и их растительный партнер - ведь ныне он может исследовать весь запас знаний интегратора. Вскоре он станет самым информированным лишайником в истории простых растений.
– Я указал в сторону кают.
– И Чап Човери вскоре снова обретет утешение в объятиях столь преданной ему Эффраины, которая вполне может вознаградить нас премиальными, узнав о нашем подвиге.

Я обвел рукой салон:

–  И даже я счастлив, ведь теперь я владелец звездолета - пусть и скромного, но в хорошем состоянии.
– Бывший интегратор «Бродяги» переоформил на мое имя право собственности на корабль в обмен на помощь по переносу его личности в мобильный контейнер.

Гриннет уставился на меня с выражением, которое я не смог уверенно распознать, и совершенно точно никогда не видел на его личике прежде.

–  А как же я?
– вопросил он.
– Как с моим счастьем?

Перевел с английского Андрей НОВИКОВ