Керр и Ванаби, наверное по приказу Вэпхва, всё время находились рядом. Еду нам приносили, чтобы не отвлекать от учения, но сами парды оказались вовсе не такие выносливые, как я ожидала – очень быстро уставали, Ванаби и вовсе спала больше времени, чем бодрствовала. Ну точно кошка! А поскольку я, когда нужно, могу не спать две недели, то тигр и пантера отдыхали по-очереди, так что на мои вопросы всегда было кому отвечать. А вопросов после каждого «фильма» возникала целая куча! Ванаби объяснила, что за несколько дней невозможно подготовить «полноценную образовательную программу для дикого дракона», и многое будет упущено. Но всё равно, я получила столько знаний, что голова прямо распухла!

Я узнала, почему на небе два Солнца, и почему один оборот – это почти сорок сезонов. Узнала, что такое звезда, почему стреляет хаммер и что означает слово «батарея». Парды, наверно, уже проклинали день, когда согласились смотреть за несносной драконочкой. Утром пятого дня Керр сказал, что видел много одержимых, но по сравнению со мной все они просто пушистые. Другие парды – специалисты, готовившие фильмы – тоже работали с утра до вечера, сменяя один другого, чтобы успеть сделать следующую порцию, пока я впитываю предыдущую.

Большая часть информации касалась конкретных деталей о людях и их военной технике. Мне пришлось провести полдня в особом сидении, которое могло качаться и даже поворачиваться вниз рогами, а на глаза в это время одевают два экранчика, где точно так же крутится вид земли с воздуха. Эта штука называется тренажёр. Ванаби с ним долго возилась, настраивала экранчики, говорила что «очки» не рассчитаны на такие удивительные глаза, как мои, но как она не старалась, изображение в экранчиках мерцало и оставалось размытым. Только мне всё равно жутко понравилось! Не выходя из дома, можно ощутить себя в полёте, словно управляешь одной из летучих машин вроде самолёта-рокха. У меня, кстати, получилось с первого раза, парды даже не поверили и стали проверять, нормально ли работает тренажёр. Потом я сжалилась и объяснила, что крылатых не нужно обучать летать.

Вечером шестого дня Керр, Ванаби, Вэпхв и ещё четверо пардов, один из которых до сих пор носил на горле бинты после боя у водопада, устроили мне настоящее испытание, задавали множество вопросов и требовали объяснить, что я стану делать в разных ситуациях. Я легко на всё ответила; ещё дома Хакас хвалил меня за отличную память. На самом деле, я раньше даже не понимала, почему людям приходится по нескольку раз читать иероглифы, чтобы всё точно запомнить, и лишь теперь, когда я знаю о драконах, стало ясно. Как сказала Ванаби, у меня память не простая, а фато-графичная, от древних человеческих слов «фатум» и «фича». Это уже я сама узнала из фильмов.

Когда проверка завершилась, я заставила Керра поклясться, что он вернёт таврам прибор, а потом рухнула там же, где стояла, и проспала целые сутки. Зато проснулась свежей и полной сил. Пора было начинать.

Джон и Галина все эти дни провели в подземелье, но с ними довольно хорошо обращались, если верить клятвенным заверениям пардов. Когда я вошла в камеру, пленники обедали, и встретили моё появление настороженным молчанием.

– Очень жаль, но мне придётся напасть на вашу базу, – сказала я им. – С этим условием парды согласились помочь моему приёмному отцу. Люди переглянулись. Джон со стуком положил на стол ложку и встал.

– Откажись пока не поздно, и тебе поможем мы, – ответил он угрюмо. – Не ставь на проигравшую сторону, ящерица. Земляне скоро изгонят пардов со всех планет, и представь, что мы сделаем с твоими возлюбленными драконами, когда узнаем об их пособничестве врагу! Оглядевшись, я подошла ближе.

– Здесь нельзя говорить, – сказала тихо. – Парды могут услышать. Джон фыркнул.

– Да они прослушивают каждый дюйм нашей камеры…

– Но среди них нет знатоков человеческой речи, – ответила я на одном из языков, узнанных от обруча тавров. Джон недоумённо моргнул, зато Галина сразу встрепенулась.

– Ты говоришь по-польски?! – недоверчиво спросила она на том же языке.

– Я не знаю, как называется эта речь, но сейчас нет времени, – подойдя к женщине, я кивнула на дверь. – Парды убили Куросао. Этого я им никогда не прощу. Слушайте. Завтра вам сотрут память и выпустят в степи, словно никогда не ловили. Меня свяжут и посадят на другую лошадь, а вам внушат, будто вы меня пленили и везёте на базу. Галина стиснула зубы.

– Проклятые животные!

– Тихо, – я сделала вид, что иду к стене посмотреть на светильник, и сунула женщине в руку маленький пакетик. – Завтра утром, когда вам принесут пищу, расстворите это в воде и выпейте. Тогда парды не смогут стереть вашу память. Пакетик исчез, словно его никогда и не было. Я заметила, что Джон всё видел, но не подал виду.

– Если я вас спасу, обещаете помочь моему приёмному отцу? – спросила у Галины. Женщина невинно зевнула, словно я какую-то глупость спросила.

– Клянусь всем святым, Хаятэ, мы не только защитим твоих родных, но и отомстим Джилфьяни, поделимся с драконами знаниями и силой, остановим несправедливость, – ответила она скучающим голосом. Я поняла и топнула ногой.

– Хорошо, завтра посмотрим! – крикнула гневно. – Ничего не говори Джону, парды подслушивают! Их очень много, но они боятся нападать на вашу базу, потому что знают – вы сразу вызовете из дома подмогу! Галина прижалась к стене.