— Хорошо, хорошо, — сразу поняла та, — когда вернемся, зайдем еще и в «Нордстром», купим тебе новый брючный костюм.

Теперь Миюки все же не удержалась от улыбки.

— Новые туфли, новый костюм… К тому времени, как мы поднимемся наверх, я успею обзавестись новым весенним гардеробом.

Карен похлопала подругу по руке и продолжила подъем, очень быстро оставив спутницу далеко позади. Остановившись, чтобы Миюки смогла ее догнать, она стала смотреть на раскинувшийся внизу древний город. Солнце уже поднялось и теперь висело желтым шаром на востоке. С этой точки Карен видела примерно на два километра вдаль, после чего руины терялись в морской дымке. Судя по огромному размеру древнего города, его население когда-то могло насчитывать десятки тысяч людей. Куда же они подевались?

— Осталось совсем недолго, — обнадежила она Миюки, когда та появилась рядом.

Тяжело дыша, японка слабо махнула рукой и сказала:

— Я в порядке. Пошли дальше.

— Давай лучше отдохнем, — предложила Карен, хотя на самом деле изнывала от желания поскорее оказаться наверху. — Мы должны беречь силы.

— Ну, если ты настаиваешь… — с готовностью согласилась Миюки и уселась прямо на водоросли, не заботясь больше о своей одежде.

Карен достала из сумки бутылку с минеральной водой и протянула ее подруге. Миюки открутила крышку и стала жадно пить, не сводя, однако, глаз с раскинувшегося перед ними древнего города.

— Какой он огромный! — восхищенно проговорила она. — Никогда бы не поверила, если бы сама не увидела.

Карен тоже сделала несколько глотков из бутылки и сказала:

— Как же все это могло так долго скрываться под водой?

— Здесь — по крайней мере раньше было — очень глубоко, и проходили весьма коварные течения. Только самые опытные дайверы могли исследовать эти воды. Но теперь, когда мир узнает об этом месте, сюда хлынут сотни тысяч туристов.

— Которые все тут затопчут и загадят, — вставила Карен. — Поэтому сейчас самый подходящий момент, чтобы обследовать его.

Миюки поднялась на ноги.

— Если ты готова двигаться дальше, то я тоже.

— Мы могли бы отдохнуть еще. Эти руины ждали нас долгие века, так что несколько лишних минут погоды не сделают.

Миюки с готовностью села обратно, и Карен, которая до этого стояла, последовала ее примеру.

— Ты не представляешь, как я благодарна тебе за помощь, — сказала она. — О лучшей подруге я не могла бы и мечтать.

— Я тоже, — негромко ответила Миюки.

Они познакомились на каком-то мероприятии в университете Рюкю. Обе были не замужем, примерно одного возраста и работали в коллективах, где преобладали мужчины. Они стали вместе проводить свободное время: посещали местный караоке-бар, ужинали, ходили на утренние субботние киносеансы и вскоре стали близкими подругами.

— Я тебе говорила о том, что вчера мне позвонил Хироси? — спросила Миюки.

— Нет, не рассказывала.

Карен выпрямилась и не очень дипломатично осведомилась:

— Что понадобилось этому уроду?

Университетский профессор Хироси Таката и Миюки были обручены, но успехи последней вызвали у него ревность, и в их отношениях наметилась трещина. Два года назад он неожиданно разорвал помолвку и перевелся в Кобе.

Миюки округлила глаза.

— Он хотел сообщить мне, что не пострадал во время землетрясений, но даже не соизволил спросить, все ли в порядке у меня.

— А может, он хочет начать все сначала?

— Пусть мечтает. Карен засмеялась.

— Похоже, мы с тобой привлекаем только самых гнусных мужиков.

— Скорее, бесхребетных, — поправила ее Миюки. Карен согласно кивнула. В Канаде она сама прошла через целую серию неудачных романов, в которых было все — от взаимного холода до рукоприкладства, и продолжать эксперименты на этом поприще ей нисколько не хотелось. Это было одной из причин, заставивших ее с готовностью принять назначение на четырехлетнюю работу здесь, на Окинаве. Новое место — новое будущее.

— И что же ты думаешь обо всем этом? — сменила тему Миюки. — Может это быть частью затерянной Атлантиды твоего прадеда?

— Ты имеешь в виду, может ли это оказаться континентом My? — уточнила Карен. — Сомневаюсь. На островах Тихого океана сколько угодно доисторических памятников: статуи острова Пасхи, известняковый дольмен в Тонга, камни Латтэ на Гуаме, искусственный архипелаг Нан-Мадол, называемый также Тихоокеанской Венецией, — стала перечислять она. Тайны всегда будоражили ее воображение. — О каждом из них веками, из поколения в поколение передаются легенды и мифы, но еще никто не смог связать все эти острова в единое целое.

— И ты надеешься, что это удастся тебе?

— Кто знает, какие ответы нам удастся найти здесь! Миюки хитро улыбнулась и встала.

— Значит, существует только один способ выяснить это. Карен тоже поднялась и улыбнулась.

— И я так думаю.

Они продолжили подъем, помогая друг другу забираться на высокие ступени, и через двадцать минут, когда солнце поднялось еще выше, оказались на вершине пирамиды. Первой, тяжело дыша, туда поднялась Карен.

Верхушка пирамиды представляла собой единую гигантскую плиту. Всю ее поверхность пересекала трещина, было видно, что она стала результатом не древних катаклизмов, а, скорее всего, недавнего землетрясения. Когда плиту водрузили сюда, она наверняка была целой. Карен медленно повернулась, оценивая на глаз размеры плиты. Получалось примерно десять на десять метров. Если учесть, что ее толщина составляла не меньше метра, плита должна была весить сотни тонн. «Каким же образом, — думала изумленная Карен, — древним строителям удалось затащить эту махину на такую высоту?»