– О, я вполне достойный в этом отношении мужчина, – доверительно сообщил Паксон. – Но помни, Менгис, нам будет не до смеха, если придется предстать перед английским королем.

– Смотри! – кивнул в сторону центрального шатра Менгис. – Ричард Львиное Сердце выходит на поле! Просто удивительно, как это он ухитряется передвигаться в своих доспехах, которые так и пригибают его к земле! Ну так что? Скинем его на первом же заходе или провернем нашу шутку насчет английской королевы?

– Давай, не мешкай! – сказал Паксон. – Я хочу как можно больше времени провести с Беренгарией.

– Твое желание – для меня закон, – усмехнулся, низко кланяясь, Менгис. – Сам ты знаешь, что делать?

Паксон кивнул.

Трубач подал сигнал, подув в рог, и вернулся на место. Ричард поклонился зрителям и победным жестом поднял вверх копье. Чтобы не потерпеть поражения, Менгис и Паксон вскочили на коней и приготовились к нападению.

Оруженосец привел из конюшни огромного боевого коня золотистой масти.

– Это, наверное, Флавел, – прошептал Менгис. – Конь короля давно уже стал легендой. Рассказывают, однажды, когда Ричарда выбили из седла, Флавел остался рядом с хозяином и храбро отражал натиск врагов, лягаясь и затаптывая противников.

Хотя Ричард был высокого роста, головой он едва доставал до холки своего коня. Золотистый жеребец стоял, поджидая, когда хозяин поднимется в седло. Мускулы подрагивали под шкурой коня, он нетерпеливо бил землю копытом. Видно, Флавелу не терпелось ринуться в бой.

Оказавшись в седле, Ричард подождал сигнала распорядителя турнира. На счет «три» всадники устремились на поле. В последнюю секунду Менгис перебросил копье из правой руки в левую. Ричард бесстрашно скакал прямо на них.

Флавел непроизвольно уклонился в сторону, чтобы не оказаться между двумя конями сарацин, и снова соперники заняли исходные позиции для нового захода, и вновь Ричард бестрепетно двинулся на братьев, но на этот раз маневр Флавела они предугадали, и Ричард оказался зажат их лошадьми.

Флавел фыркнул, выкатывая от ярости глаза. Ричард снова и снова пришпоривал своего грозного коня, возобновляя поединок, но каждый раз оказывался между братьями-сарацинами.

В один из заходов Менгис и Паксон, не ослабляя натиска, увернулись от копья Ричарда, подхватили рыцаря под руки и приподняли над седлом. Король Англии повис в воздухе и с шумом приземлился, прогремев доспехами в неожиданно наступившей тишине.

Аплодисментов не последовало, возбужденные голоса стихли. Зрители, затаив дыхание, ждали, что же теперь предпримет Ричард.

Паксон первым оказался рядом с поверженным рыцарем. Менгис ждал, не сходя с коня. Лицо короля исказил гнев.

– Улыбайтесь, – посоветовал Паксон, – иначе ваши рыцари подумают, что вы потерпели поражение не только в турнире, но и с затеей вернуть Святую землю в руки христиан. Будь мы на поле боя, ваша жизнь и монеты ломаной не стоила бы!

Собравшись с духом, Ричард крикнул, чтобы все присутствующие услышали его:

– Я требую права бросить вызов моим победителям в следующем турнире, который состоится в честь завоевания Святой земли!

Толпа отозвалась одобрительным ревом. Ричард похлопал по спине Паксона и Менгиса в знак дружелюбия и только тогда позволил оруженосцам увести себя с ристалища.

– Забирай из шатра короля Беренгарию, и покончим с этим, – шепнул Паксон брату.

– Отправляйся за кошелем с деньгами. Когда увидишь, что я поравнялся с королевой, подбрось кошель в воздух и подцепи его копьем. Это отвлечет внимание стражи от королевского шатра. Потом же скачи прочь, словно за тобой гонится сонм демонов. Я буду удерживать в своих объятиях твою награду лишь малое время, пока в том будет необходимость, и ни минутой дольше, – усмехнулся Менгис.

– Только не завладей ею сам! – усмехаясь, предупредил Паксон. – Даже сам король Ричард не прикоснулся еще к Беренгарии, если верить слухам.

Султан Джакарда медленно двинулся к шатру распорядителя турнира. Глашатаем было сделано объявление, и сарацинский воин получил два кошеля с золотыми динарами. Оценивая щедрую награду, Паксон взвесил мешочки с деньгами в руке и остался доволен.

Поговорив с распорядителем турнира, он вернулся па середину поля. Менгис подвел Паксону вороного скакуна, а сам удалился, чтобы объехать ристалище, позволив зрителям чествовать победителя.