Мистер Кейси пробрался сквозь толпу зрителей и быстро уяснил себе ситуацию. Он не был таким здоровяком, как тренер Пуффер, но не боялся ребят, как многие наши учителя.

— Исчезните, — коротко приказал он немногим оставшимся наблюдателям.

Они стали расходиться. Шатун Уэлч решил попробовать и пошел вместе с ними.

— Не ты, Питер, — сказал мистер Кейси.

— А, мистер Кейси? Я ничего не делаю.

— Я тоже, мистер Кейси, — сказал Дон Ванденберг.

— Трое на двоих? — удивился мистер Кейси. — Вот как ты решаешь свои проблемы, Бадди?

Бадди опустил глаза.

— Они первыми начали, — проговорил он.

— Это не правда, — начал Эрни.

— Заткнись, Прыщавый, — сказал Бадди. Он хотел что-то добавить, но мистер Кейси схватил его обеими руками и, резко рванув в сторону, припер к стене магазина. Как раз в том месте, где висел жестяной знак с надписью: КУРИТЬ ТОЛЬКО ЗДЕСЬ. Он несколько раз ударил Реппертона спиной об стену, и всякий раз знак дребезжал, будто отмеряя драматические паузы. Он обращался с Реппертоном так, как вы или я обращались бы с тряпичной куклой.

— Заткни свой большой рот, — произнес он, в последний раз стукнув Бадди об стену. — Я не желаю, чтобы ты выражался в моем присутствии.

Он выпустил майку Реппертона. Она вылезла из джинсов, открыв белый, незагоревший живот Бадди. Мистер Кейси обернулся к Эрни.

— Что ты говоришь?

— Я шел через курилку на трибуны, чтобы там съесть свой ленч, — сказал Эрни. — Реппертон с друзьями курил здесь. Он подошел и выбил пакет с ленчем из моей руки. Он раздавил его. — Казалось, он хотел еще что-то сказать, но передумал. — Так началась драка.

Но я не собирался оставлять все на этой точке. Реппертон был слишком опасен, чтобы соблюдать дурацкие кодексы школьной чести.

— Мистер Кейси, — сказал я.

Он взглянул на меня. За ним глаза Реппертона угрожающе блеснули — предупреждение. Держи рот закрытым, это между нами двоими. Еще год назад я бы мог подчиниться ложному чувству собственного достоинства и принять игру Бадди. Но не сейчас.

— Что, Дэннис?

— Он с лета подстерегал Эрни. У него нож, и он хотел воспользоваться им.

Эрни бросил на меня непроницаемый взгляд. Я вспомнил, как он обозвал Реппертона говнюком — словом Лебэя, — и почувствовал, как у меня мурашки пробежали по спине.

— Ты врешь, сука! — драматически вскричал Реппертон. — У меня нет никакого ножа!

Кейси молча посмотрел на него. Ванденберг и Уэлч выглядели немного испуганными — они не ожидали такого поворота событий.

Мне нужно было кое-что добавить. Я думал об этом. У меня не хватало решимости. Но дело касалось Эрни, а Эрни был моим другом. И я не только думал о том, что он хотел пырнуть Эрни лезвием своего ножа, но я знал это. И я произнес пять слов:

— Это нож с выбрасывающимся лезвием.

Теперь глаза Реппертона не просто блестели, они горели, обещая адский огонь, проклятие и долгие муки.

— Он врет, — прохрипел он. — Он все врет, мистер Кейси. Клянусь Богом.

Мистер Кейси еще ничего не сказал. Он медленно перевел взгляд на Эрни.

— Каннингейм, — наконец проговорил он. — Реппертон нападал на тебя с ножом?

Эрни долго не отвечал. Затем чуть слышно выдавил:

— Да.

Теперь взгляд Реппертона горел для нас обоих.

Кейси настороженно посмотрел на него.

— Выверни карманы, Бадди, — произнес он.

— Какого хрена? — повысил голос Бадди. — Ты меня не заставишь!

— Если ты имеешь в виду, что у меня нет права, то ты ошибаешься, — сказал мистер Кейси. — Если же то, что я не смогу при надобности сам вывернуть твои карманы, то ты снова ошибаешься. Но…

— Только попробуй! — взорвался Бадди. — Я тебя по стене размажу, лысое дерьмо!

У меня упало сердце. Я ненавидел подобные отвратительные сцены, а эта была наихудшей из всех, в которых я принимал участие.

Но мистер Кейси контролировал ситуацию и ни разу не отклонился от избранного курса.

— Но я не собираюсь делать этого, — закончил он. — Ты сам вывернешь свои карманы.

— Еще чего, козел! — бросил Бадди. Он стоял у стены магазина, повернувшись так, чтобы не показывать оттопыренного заднего кармана джинсов. Его глаза метались то туда, то сюда, как у затравленного зверя.

Мистер Кейси посмотрел на Шатуна и Дона Ванденберга.

— Вы двое ступайте в мой офис и оставайтесь там, пока я не приду, — сказал он. — Больше никуда не ходите, у вас и так уже достаточно проблем.