— Нет! — рявкнула Тина.

— Если я не увижу его, то все вы пожалеете! — Брианна снова повысила голос, хотя никто не сомневался в ее правоте.

— Покажи ей, — сказал Питер, возводя очи к потолку.

— Ты все равно не сможешь его увидеть, — успокоил Тони подавившегося Зева. — Но я почти уверен, что она сумеет.

Учитывая, что руку видели все, была вероятность, что Зев тоже разглядит ребенка. Но ему самому такое не пришло в голову, а Фостер не собирался об этом упоминать.

— Просто открой дверь детской, дай ей посмотреть, считая до трех, и снова закрой. Не пускай ее в комнату и не держи дверь открытой слишком долго.

— Я хочу знать: почему? — спросил Зев, беря Брианну за руку.

— Нет.

Тони зубами открыл помаду Эми, поманил Брианну к себе почти бесполезной левой рукой и сказал:

— Натяни потуже фартук. — Он осторожно нарисовал символ на ткани. — Вот. Это может помочь.

Она вгляделась в картинку и спросила:

— Помочь в чем?

— Понятия не имею.

— У Бренды будет припадок! — Мэйсон захихикал, все уставились на него, он драматически вздохнул и продолжил: — Да, знаю, эта реплика не в характере моего персонажа. Разумеется, если среди охотников за вампирами нет Бренды, тогда все нормально… Эй! Продолжайте смотреть на меня! Я играю роль! Я здесь звезда!

Тони думал, что дом сводит с ума убийц. Но если всеобщее желание прибить Мэйсона могло служить показателем, то это было не так.

— Раковина на кухне ближе ванной комнаты. — Эми вздохнула и взяла Брианну за вторую руку. — Почему бы ей просто не пописать туда? — Даже Мэйсон перестал ныть ровно настолько, чтобы принять ошеломленный вид. — Что? Вы никогда этого не делали? Ради бога, вы же парни. Вы писаете по углам, ради всего святого!

— Я не парень, — напомнила Тина. — Да и этот ребенок не будет писать в раковину.

— Но…

— Нет.

— Почему люди превращают телесные жидкости в проблему? — вопросила Эми. — Мочу здорового человека вполне можно пить.

— А ты откуда знаешь? — спросил Зев, в то время как Адам поднял лампу.

Эми собиралась ответить, но музыкальный редактор покачал головой и заявил:

— Неважно. Вообще-то мне не хочется услышать ответ.

Адам поднял лампу повыше, помедлил, хотя уже почти взялся за дверную ручку, и спросил:

— А если рука не пошла к другой двери? Вдруг она ждет в столовой, когда откроется дверь?

— Это же рука, — сказал Тони, подумав. — Вряд ли она настолько умна.

— Это рука, — повторил Зев. — Мы вообще не должны о ней рассуждать.

— Просто оставайтесь в пределах узора. Руку удерживает узор, а не дверь.

— А вдруг в столовой ждет Ли?

«Там, где Хартли убил Бренду».

— Тогда захлопните дверь. Пусть Брианна пописает кому-нибудь на ногу.

Девчонка, повисшая на Эми и Зеве, явно заинтересовалась таким предложением.

Дверь открылась.

Ни руки.

Ни Ли.

— Как вы думаете, они смогут остановить Николаса, если он вздумает на них напасть? — спросила Тина, прислушиваясь к звукам шагов на лестнице.

— Зев и Адам с ним справятся, — ответил Питер, прислонившись к столу. — Он просто актер, ради бога.

— Звезда второго плана, — пробормотал Мэйсон.

— А как твое намерение лежать тихо и подслушивать, что замышляют охотники за вампирами?

— Верно.

— Не могу поверить, что вы позволяете ребенку смотреть на горящего младенца. — Тина крепче обхватила Эшли.

— Он не настоящий, — заметил Тони. — Это всего лишь призрак.

— У нее будет психическая травма.

— Возможно, — допустил Питер. — Но пусть лучше она заглянет в детскую под присмотром, чем потом снова ринется туда одна. Думаю, Чи-Би предпочтет получить ее обратно в таком виде, чем вовсе не увидеть.

— У Сырника не бывает кошмаров, если вы об этом беспокоитесь. Мама говорит, что она похожа на папу, чувствительна так же, как фонарный столб. — Эшли высвободилась из объятий Тины и сунула руки в карман пиджака Мэйсона. — А я пошла в маму. Я буду вопить во сне из-за этой руки, идущей прямо ко мне, еще очень много лет. Вероятно, у меня будет задержка в росте. — Она бросила на Мэйсона вызывающий взгляд из-под ресниц. — Я очень чувствительна.

— Я тоже. — Рид кивнул. — Но я же звезда. Я думал, мы идем танцевать. Почему я связан?

— Тебя поймали охотники на вампиров. — Питер вздохнул и погладил салфетку.

— Точно.

Тони изменил позу, чтобы дать шанс поныть другим синякам, и увидел, что Маус, тихо лежащий под тяжестью трех человек, пристально смотрит на него. Ресницы здоровяка слиплись влажными треугольничками.

— Ты в порядке? — спросил Тони.

— Ты меня избегаешь.

«Самое неподходящее время заводить об этом разговор».