— Я присела на край, чтобы надеть это. — Она взмахнула серо-коричневыми тряпицами, сжатыми в другой руке. — И вроде бы как упала. Спиной вперед. — Статистка огляделась, внезапно поняла, что на нее все смотрят, и, несмотря на страх, начала играть. — Я оперлась рукой о землю. Рука чуть-чуть в нее погрузилась, а в следующий миг что-то схватило мою ладонь!

— Что-то?..

— Пальцы. Я почувствовала, как они сомкнулись вокруг моих. Холодные! — Она чуть обернулась к слушателям. — Как из могилы.

Тони поневоле признал, что приподнятые клумбы и впрямь очень похожи на могилы. Как и любая другая вытянутая земляная куча.

Он шагнул вперед, заметил, где именно потревожена земля, и ткнул в это место планшетом. Конечно, парень ни на йоту не поверил в рассказ про пальцы, но хотел подстраховаться. За последние годы он научился тому, что вера во что-то или отсутствие таковой не имеют ничего общего с реальностью.

Планшет погрузился на сантиметр и остановился с глухим лязганьем. Звук казался Фостеру достаточно безобидным. Тони по опыту знал, что сверхъестественное редко издает подобные звуки.

После недолгих раскопок он вытащил ржавую садовую тяпку без ручки.

— Это то, что вы нащупали?

— Нет! — Женщина мелодраматично содрогнулась. — Я нащупала пальцы!

— Холодные. — Тони протянул ей тяпку.

Женщина нерешительно прикоснулась к ней и сдалась:

— Ладно… может быть.

— Может быть?

— Прекрасно! — выразительно фыркнула она. — Вероятно. Довольны? На ощупь это походило на пальцы. Здесь слегка жутковато, а я еще не пила кофе!

Представление было закончено. Остальные статисты начали расходиться. Женщина, издавшая вопль, демонстративно продолжила одеваться.

Тони швырнул тяпку обратно на землю и двинулся к двери. Он поравнялся с гримером и спросил, сколько еще времени тому потребуется.

— Они будут готовы, когда понадобятся, — ответил тот, щедрой рукой накладывая алую помаду. — Но не цитируй мои слова.

— Вообще-то мне придется это сделать. Адам спросит.

— Прекрасно. — Эверетт многозначительно надел на помаду колпачок и с шиком извлек из футляра щеточку для туши. — Но не говори, что я тебя не предупредил. Ох, успокойтесь, — добавил он, обращаясь к женщине средних лет, сидевшей в его кресле, когда та отпрянула от взмахов черной колючей щеточки. — Я тридцать лет в этом бизнесе и еще никому не выбил глаз.

— Один раз мне пришлось вставлять его, — заявила Шерил.

Тони понял, что пора уходить. Погребальные рассказы Шерил обычно оказывались классными хохмами, но сейчас он почему-то был не в настроении шутить над мертвыми.

Парень остановился на пороге, обернулся и в последний раз пересчитал всех по головам. Статисты разбились на две группы. В одной оказались те, которые изображали гостей вечеринки, в другой — те, что будут играть слуг, разносящих еду. Подсчитывать их так было легче.

«Двадцать пять, но только двадцать четыре подписи».

Второй подсчет дал правильное число голов, а третий подтвердил результаты второго.

В первый раз Тони, должно быть, обсчитался. Было непросто отличить одного человека от другого в тесной толпе «гостей», собравшихся вокруг центрального вазона.

Фостер уже собрался было повернуться, но остановился, прищурился и всмотрелся в дальний конец оранжереи. Он заметил там какое-то неясное движение. Парню померещилось, что тяпка, стоявшая на сломанной ручке, помахала ему маленькими пальцами-зубьями. Вот только ее нигде не было видно.

Тони гадал, что же такое он мог видеть, и был ошарашен внезапным озарением. Если тяпка отсутствовала, значит, кто-то ее взял.

«Отлично. У нас тут опять завелся охотник за сувенирами!»

Время от времени среди статистов появлялся актер, желавший заполучить какую-нибудь мелочь на память о работе. Когда на съемочной площадке оказывался подобный тип, маленькие предметы, которые легко было унести, начинали пропадать.

Во время съемок седьмой серии исчезла чернильница со стола Раймонда Дарка.

Чи-Би высказал все, что думал об этом случае: «Больше никто из этой группы не станет здесь работать, пока я не получу обратно свою собственность!»

После этого были возвращены четыре чернильницы.

К сожалению, почти все маленькие предметы, которые легко можно было унести, на нынешнем месте съемок принадлежали владельцам Каулфилд-хауса, а не «Чи-Би продакшнс». Скорее всего, если что-нибудь пропадет, то члены съемочной группы не сразу это заметят.

«Лучше поставить в известность Кейшу», — решил Фостер.