На полке рядом с приемником, мигающим лампочками, лежала рация, посредством которой охранники держали между собой связь. Быстро подойдя к полке, Боб взял рацию, оглянувшись вокруг, нашел большую связку ключей, после чего бесшумно вышел на улицу.

Небо было покрыто россыпями звезд. Ветер гнал над прерией холод с окрестных гор, черные силуэты которых заслоняли звездный свет. Растительность, встревоженная ветром, наполняла пространство своим шелестом. Вдалеке завыл койот, и ему сразу ответил сородич.

Свэггер втянул холодный воздух, наслаждаясь его обилием, надеясь почерпнуть энергию. И тотчас же дал о себе знать адреналин.

По дороге к сараю с машинами Боб остановился забрать рюкзак, который спрятал в дренажной трубе, когда направлялся к дому. Свэггер открыл рюкзак и достал ледоруб.

Ему потребовалось какое-то время, чтобы найти нужный ключ. Наконец Боб отпер навесной замок и поднял ворота. Он прошел мимо машин, четырех квадроциклов, двух джипов и пикапа, вонзая острие ледоруба в каждую покрышку. Ледоруб без труда погружался в податливую резину, а Боб представлял себе, что это брюшные полости его мучителей. Через несколько секунд он вывел из строя весь транспорт, за исключением одного квадроцикла.

Присев на корточки, Боб рукояткой ледоруба разбил пластмассовый кожух замка зажигания, нащупал под ним сплетение проводов, отыскал среди них нужные и завел двигатель. Может, громкий шум разбудит спящих ирландцев, а может, и нет. Теперь это не имело значения.

Боб бросил ледоруб в рюкзак, закинул рюкзак за спину и вскочил в седло квадроцикла — творение компании «Хонда». По сути, это был мотоцикл, но только четырехколесный, более широкий и более медлительный. Мощная колесная база обеспечивала устойчивость, что позволяло передвигаться по бездорожью. Эти машины сделали охоту доступной для ленивых горожан, растерявших физическую форму. Боб включил передачу, выкрутил ручку газа на руле, выехал за ограду, развернулся и устремился в безлюдную глушь. Позади не было никаких звуков, а он с ревом мчался вперед, забыв о боли, приглушив ярость, запрятав подальше жажду мести. Боб думал только об одном: настало время забрать свою винтовку.

В пять утра будильник сообщил Реймонду, что пора просыпаться и менять Имбиря. Реймонд встал, почистил зубы, провел мокрой расческой по волосам и улыбнулся своему красивому отражению в зеркале, вспоминая всех девчонок, что у него уже были, и представляя тех многих, которые еще будут, когда он получит все причитающееся ему бабло. Затем, насвистывая, он спустился вниз и окликнул:

— Эй, Имбирь, кофе еще горячий или мне придется варить самому?

Первым делом Реймонд обнаружил, что его приятель исчез, затем увидел на экране монитора пустую камеру и распахнутую дверь, быстро обернулся, проверяя сейф, понял, что тот заперт, и услышал доносящийся изнутри стук.

Дальше все развивалось стремительно. Реймонд разбудил Грогана и Джонни. Они открыли сейф, едва успев спасти жизнь задыхающемуся Имбирю, который после хорошего удара снайпера никак не мог сфокусировать взгляд, а затылок у него был весь в крови, словно краснокожие сняли с него скальп.

Ирландцы быстро все обследовали, нашли выведенный из строя транспорт и похищенную рацию, послушали сообщение Свэггера в исполнении Имбиря, который до сих пор не оклемался, и осознали, что им предстоит новая игра.

— Вот видите? — воскликнул Энто, первым догадавшийся, что к чему. — Козел с самого начала замышлял именно это. Помните, каким бестолковым я его посчитал: явился один, весь такой неуклюжий и глупый, не оказал особого сопротивления, просто губка в наших руках. Нужно отдать должное бесстрашному негодяю, план его был хитер — дать нам вволю поработать над ним, — он был уверен, что выдержит, и действительно выдержал. Затем, выведав, где находится пленка, он снова превратился в самого себя и перестал быть глупым и неуклюжим. Он освободился, разделался с ничего не подозревающим беднягой Имбирем, и вот теперь все карты у него на руках.

— Чертов колдун, — пробормотал Реймонд, однако в его голосе прозвучало невольное уважение. — Каким же крепким надо быть, чтобы пойти на такое!

— Да, он крепкий, — согласился Энто, — крепкий и хитрый, но он умрет, клянусь. Здесь ему придется иметь дело с двадцать вторым полком, а не с какими-то арабами, любителями мальчиков.

— И что теперь, Энто? Мы отправимся его искать? Надеюсь, следы квадроцикла здорово упростят нам задачу.

— Ни в коем случае. У него обязательно где-нибудь неподалеку припрятана винтовка, я в этом уверен. Мы начнем поиск, и он перещелкает нас, одного за другим, издалека. Этого я не допущу.

— В таком случае что нам остается?

— Ну, — протянул Энто, — мы должны смекнуть, где он назначит встречу, понять ход его мыслей, а не тащиться следом.

— Энто, невозможно проникнуть в чужую голову. Вокруг сплошная глушь, куда ни кинь взгляд. Снайпер может быть где угодно. Одна ошибка — и ты труп.

— Да, Энто, Имбирь прав. Мне кажется, самое мудрое…

— Джимми, не морщи лоб, изображая мысль. Тебе это не идет. Да, я не могу проникнуть в чужую голову, да, здесь повсюду сплошная глушь и снайпер может быть где угодно. Но подумайте о нем, подумайте о нас. Все мы снайперы. Бобби нас боится; что ему нужно? Где, по его мнению, он будет в безопасности? Где ему будет удобнее всего? И кто подскажет нам, что это за место?